Поменять подстилки желающих было довольно много. И не только подстилки: у одного неимоверно чесалась спина, а дотянуться было тяжело, у другого в загривке застряла назойливая блоха, третьему было просто скучно. Нацепив самое терпеливое выражение лица и борясь с брезгливостью изо всех сил, Искристая чесала, помогала и развлекала, как могла, стоически думая о том, что Звёздное племя вернуло ей былые прогулы. Беркут где-то задерживался. Наверняка Лугозвёзд заваливал его своей мудропредводительской болтовнёй и читал нотации. Впрочем, это было как-то не по-лугозвёздовски. Скорее он страдальчески задавал вопросы из разряда "как ты мог так меня подвести?" или "неужели мой авторитет для тебя ничего не значит?". Бла-бла-бла. Тоска зелёная. Неизвестно ещё, кому приходилось хуже.
- Ну-ка, милочка, не корчись, а забери у нас это, - проскрипела ближайшая к ней карга, у которой Искристая выкусила огромную насосавшуюся блоху. Она подтолкнула к воительнице гору вонючего мха, с которого успели слезть старейшины, и химеру едва не стошнило. Ещё немного, и второму наказанному просто-напросто не достанется работы. "Да где этого Беркута предки носят!"
— Не ожидал тебя тут увидеть! Здорово, что ты тоже захотела помогать старейшинам. Прямо как я! - раздался придурковато-весёлый голос, и Искристая наконец подняла глаза. Она посмотрела на него, как на мышеголового. Впрочем, почему "как"?
- Невероятное совпадение, - насмешливо фыркнула Искристая. Старейшины притихли, наблюдая за ними, как за интересным зрелищем. Воительница не могла их винить. Пока они лежат тут вонючей кучей, то просто разлагаются заживо без новых впечатлений, а так - хоть какое-то развлечение. - Между прочим, мог бы и порасторопнее быть, а то я бы тут одна прекрасно справилась, а тебе пришлось бы выпрашивать у Бурелома новое задание. И тут я бы обязательно настучала на тебя, лентяя! Даже предки не заставили бы меня промолчать! - мстительно пробубнила она. Если старики рассчитывали на палатку ходуном от её воплей и бурное выяснение отношений, их ждало разочарование. Искристая и сама не знала, почему не прошлась хорошенько по ушам Беркуту. Какое-то настроение было не оручее. Вместо этого она пихнула воителю в лапы ком мха, крепко пахнущий слежавшейся шерстью и старостью.
- Вот, держи подарочек. Я уже вся в этом мхе, давай, напрягись для разнообразия на благо племени, - произнеся это, она принялась аккуратно вылизываться, стараясь, чтобы это не выглядело слишком демонстративно. Кто знает, вдруг старейшины обидятся и решат нажаловаться на неё Бурелому, и тот выберет для неё особое, дополнительное наказание?
— Спасибо, что заступилась за меня. Ты очень смелая и мудрая, - осторожно проговорил Беркут. Искристая медленно повернула голову в его сторону и долго, возмутительно долго молча сверлила его непроницаемым взглядом. Его верноподданно прижатые уши. Его мягкий и ласковый голос, точно успокаивающий разъяренного хищника. Его глаза, в которых светилась благодарность. Даже его глупый, подёргивающийся, как у котёнка, нос.
Оранжевый и голубой глаза закрылись одновременно. Искристая выдохнула.
- Да не вопрос. Должен будешь, - нарочито небрежно она дёрнула плечом, стараясь не выпадать из образа "крутой девчонки". Такой, которой всё нипочём. Если смелой её называли неоднократно, то мудрой обозначили впервые. Как объяснить ему, что она вовсе не мудрая, а наоборот, импульсивная и сначала делает, а потом думает? - За тобой глаз да глаз нужен. Как ты вообще в воители посвятился? - брякнула кошка, мигом испортив обаяние непоколебимой и независимой. Она сидела боком, поэтому Беркут мог видеть только её голубой глаз с мимолётной озорной искрой.
Отредактировано Искристая (20.01.2026 22:14:23)