<— Главная поляна

Сажа не заметила изменения в настроении Серебролистой, стоило глашатой сказать о лягушках, поэтому спокойно продолжила путь, не догадываясь о том, какие проклятия бурлят в голове её соплеменницы. Сначала они направились в хвойный лес, и кошка с наслаждением вдыхала ароматный запах чащи. Однако насладиться прогулкой полностью она не могла: вела себя настороженно — свежи были воспоминания о схватке с лисицей. Однако запахи хищницы давно смылись, а её хвостатого друга патрули так и не заметили на их территории. «Чисто. Хорошо».

— Куда дальше, Темнолап? — между делом спрашивала ученика Сажа, проверяя того на знание их земель.
Кажется, оруженосец вполне освоился, раз не завёл их куда-то на болота или в яму. Да и Серебролистая говорит, что он справляется в силу своего возраста. Вскоре в ветерке уже чувствовался запах воды: они были близко.

— В лагере сейчас беспокойно в связи с произошедшими событиями. Как ты себя чувствуешь? — Сажа была удивлена от неожиданного участливого вопроса.
— Вполне сносно, учитывая то, что половина племени скривило носы, словно увидело перед собой не меня, а скисшую жабу, — фыркнула угольная.
«Мне не нравится, что они не доверяют выбору Затмения Звёзд. Он предводитель, его слово неоспоримо и, кажется, некоторые забыли, что значит подчинение». Вслух этого Сажа не сказала, пока не решаясь на откровения с соплеменницей. Надо было держать ухо в остро.
— Ответственность глашатого достаточно увесистая и серьезная, я бы сильно переживала на самом деле, — поделилась воительница. — Думаю, Затмение Звезд не прогадал, когда выбрал тебя, — душу Сажи неожиданно умаслили.
— Спасибо. Думаю, это и правда так, — она не отличалась скромностью. — Почему бы ты переживала? Из-за ответственности? Или из-за того, что некоторые соплеменники спят и видят, когда ты оступишься? — волнует ли Сереброилстую мнение других?
«Серебролистая или и правда мне доверяет, или хочет подлизаться, или?» Сажа пока не могла сделать однозначных выводов.

Наконец, они оказались на побережье. Уже издалека глашатай слышала пение лягушек, сбившихся в кучку на побережье у камней и камышей. Тёплая погода, обилие пищи подбивали их выбираться из водоёма. Самое время для доброй охоты.
— Предлагаю так: я и Серебролистая их окружаем, а Темнолап загоняет, чтобы они прыгнули в нашу сторону. Лягушек полно, должно хватить каждому. Главное, чтобы не распрыгались в разные стороны. В воду догонять мы не полезем, — она поморщилась. — Вопросы? Если нет, то приступаем.

Серебролистая говорила здраво.
— На самом деле я считаю должность глашатого самой...нервозной, — Сажа в ответ кивнула. И правда. Если Затмение Звёзд что-то скажет и уйдёт в свою пещеру, то Сажа же останется на растерзание племени в палатке воителей. — Пророчу, что тебе придется выслушать немало неблагодарности в свою сторону, — усмехнулась соплеменница.
— Полагаю, раз ты всё прекрасно понимаешь, я могу рассчитывать на то, что подобных проблем создавать ты не будешь? — с точно таким же смешком ответила кошка. — Не хотелось бы воспитывать подзатыльниками всех причастных, иначе к мою предводительствованию шишки соплеменников будут торчать выше дуба на Острове, — пошутила (или нет) угольная.

Впрочем, пора было вернуться к охоте. Темнолап выслушал поручения, а они с Серебролистой отправились в засаду, слушая пения квакушек. Если всё пройдёт по плану, то скоро они принесут пару таких певуний в кучу с добычей. От этой мысли когти непроизвольно впились в рыхлую почву.
Пока они ждали ученика, соплеменница напомнила про Совет, и Сажа почувствовала удивительное волнение, которое волной прошлось по спине. Переживала ли она? Да, пожалуй. Она должна выглядеть лучше всех... Нет, не так. Она должна выглядеть достойной этой должности, внушать остальным уважение и опасение.
— Ведь Затмение Звезд вновь выбрал молодую кошку, а не какого-нибудь брюзжащего старпера, — тихий смех прорезал воздух.
— Интересно, кто из племени для тебя выглядит старпёром? — полюбопытствовала Сажа. Пожалуй, в племени далеко не все придерживались такого мнения, как Серебролистая. Пожалуй, большинство хотело бы видеть рядом с Затмением Звёзд какого-нибудь мудрого развалюху.

И вот послышалось кваканье. С шумом оно двинулось в их сторону, и Сажа напряглась, готовая броситься лягушкам наперерез. С громким «ква-ква» лягушки повалились прямо в их сторону. От такого разнообразия охотница сначала растерялась, но вскоре ловко прыгнула и вцепилась когтями в одну из самых громких квакушек. Издав предсмертное пение, лягушка затихла. Остальной поток лягушек успел распрягаться в стороны.
— Одна есть! Как у вас? — Сажа подхватила свою добычу.

дайс охоты (я поймала, спасибо дайсовым богам)

Пока Сажа думала о грядущем Совете и о том, что он может принести, Серебролистая продолжила:
— Те, кто застрял во времени на лунах правления Вранозвезда и не готов к переменам, — весьма твёрдо ответила соплеменница, и Сажа той кивнула, поддерживая.
«Серебролистая поёт славно, однако могу ли я видеть в ней свою союзницу? Её мало тревожит внутренний конфликт племени и, кажется, она преследует свою цель. Какую?» Глашатай задумчиво повела усами. Став правой лапой предводителя, кошка поняла, что ей, как никогда, нужно  лояльное окружение, которое её бы поддерживало. Но кто туда войдёт?

К счастью, от тяжёлых размышлений их отвлекла охота, которой они целиком отдались.
— Удачно, — и если Сажа была полна азарта, то в голосе Серебролистой сквозила скука. — Что скажешь про моего загонщика? — в голосе всё же прорезался интерес и явное удовольствие от того, как Темнолап справлялся. — Сомнения имеются, госпожа глашатая?
— Загонщик хорошо справился, — удовлетворительно кивнула угольная, обращаясь и к наставнице, и к оруженосцу. — Предлагаю закрепить успех, пока все лягушки не упрыгали в озеро. В этот раз загоняющим будет Серебролистая, а мы с Темнолапом будем ловить, — Сажа повернулась к ученику, поэтому не увидела, сколько эмоций могло отобразиться на мордочке соплеменницы. Наверняка, она была в полном восторге.

В этот раз в камышах запрятались она и брат в ожидании, когда воительница загонит другую группу лягушек в их сторону. Ждать долго не пришлось. Квакающие звуки становились всё громче и громче, пока в их сторону не повалил целый дождь из скользких тушек. Сажа не теряла времени даром: она вцепилась в одну из лягушек, которая прыгнула чуть ли не ей в зубы. «Удачно». Угольная положила квакалку в их кучу с дичью.

Они пробыли ещё какое-то время на побережье: в этот раз Сажа была загоняющей, а Серебролистая и Темнолап ловили. В общем, охотничий улов был сегодня богат, а звуки кваканий будут эхом отдаваться в ушах до конца вечера. Наконец, когда они распугали всех лягушек, Сажа дала знак к отступлению. Ухватив богатый улов, они направились в лагерь.

—> Главная поляна

дайс успешной охоты

Остров Советов ------>

Паучиха уж и не знала, что именно ей думать, что именно ей делать, что именно так тревожит подругу. Она догадывалась, что могло послужить причиной тому, и все же, не узнать она не могла от нее лично, что ее гложет и как. Но понимала - что бы там ни было, помочь постарается.

Гул Совета еще в ушах отражался отголосками, и о нем отчаянно хотелось забыть, как и о всем том, что там произошло. В этот раз котята, наконец, улеглись, благо, ровно, словно спят. Белая воительница еще чувствовала их - они просто спокойны, просто периодически дрыгают своими крошечными лапками внутри, как все малыши делают. Сейчас от мамы им ничего не было нужно, и уже один этот факт заставил будущую королеву выдохнуть спокойно. Зелёные листья догорали, но котята тепло еще успеют познать, пока они маленькие, напьются им, а затем будут резвиться.

Озеро в их части леса было сейчас непривычно гладким - если в него кто и падал сегодня, то волны от того уже успели улечься. На этом фоне несколько сгорбленная, напряженная черная фигурка Тернистой выделялась окном в бездну едва видимой боли. Едва. Но видимой для темно-голубых, обеспокоенных увиденным глаз Паучихи. Кинутый под лапы камушек был у нее в пасти - она успела поднять его перед тем, как ушла - все-таки он был красивым и был подарком, отказываться ей не пристало, да и не хотелось. Их она потом выкладывала у Корнелапа - уж кто-кто, а братец о ценных сокровищах позаботится за сестру.

- Тернистая?.. - полушепотом подозвала она подругу, подойдя ближе и опустив камешек рядышком - чтобы видеть. Но при приближении в ноздри ударил навязчивый запах, который заставил шерсть встать дыбом - так пахли их давние соперники, речные, но не сумрачные. Что она делала? Где была? Вереница вопросов вертелась в голове, из коих выцепился лишь один, но не менее важный:

- Могу ли я тебе помочь? Как удалить запах рыбомордых, так и успокоить душу. Что гложет тебя? Кто обидел? - она приблизилась - все еще на почтительном расстоянии, но при согласии подруги она готова была броситься, вылизать, смыть с нее эту вонь и этот груз, что хранила она на своей душе наверняка уже какое-то время. Хоть ненадолго хотелось почувствовать себя полезной. Темно-голубой взор внушал доверие - если Тернистая захочет того - не скажет, прикроет...

Она уже потеряла одну дражайшую себе подругу. Потерять еще одну своим мрачным мыслям не позволит.

- Нет! - с решимостью и яростью загнанного в угол зверя выпалила в ответ Тернистая, и на этот ответ белая воительница сощурила глаза. Пытливый ум привык высматривать, анализировать, и черная слишком явно пыталась выстроить стену, хотя и сама позвала подругу на разговор. Задача явно осложнялась тем, что нужное придется раскрыть. Каким путем - еще стоит подумать, но ранее сквозившая в голосе пушистой кошки мягкость лишь оттолкнула ее. Значит, скорее всего, что бы там ни было, придется надавить, иначе искренности можно не дождаться и проблему они не решат. Предательское "тебе обязательно пытаться превратить в допрос простой разговор по душам, каждое слово анализируя?" мелькнуло в голове, но тут же было отброшено тем фактом, что в эти рамки королеву сейчас ставила Тернистая. Придется лавировать в маленькие щели.

Взор подруги, задержавшись ненадолго на подаренный ею Паучихе камешек, отдался немой странной болью, о которой она решительно старалась молчать. А затем тут же отвернулась, заставив белую воительницу чуть опешить. Если она - загнанный зверь... то кто так ее загнал? Кто заставил обычно гордую и сильную кошку теперь прятаться и щериться на ту, кто желает ей добра? И то, что в мыслях были подозреваемые, на душе лучше не делало ни разу. Но потом Тернистая заговорила, все еще стоя к подруге спиной, сообщая о совершенно страшных в теории, но абсурдных на практике вещах. Голос младшей был непривычно холоден, и все-таки старшая не могла отделаться от мысли, что говорила первая это не всерьез. А последние слова это подкрепили - совестливая подружка, сдержать от убийства. В любой другой раз на такое уничижительное описание можно было и возмутиться, но похоже это было на осознанный толчок назад. Которому должно было сопротивляться по-другому. Тернистая ожидала, что ее спасут. Но спасать ей должно себя, а подруга готова ее пихнуть в нужном направлении. Если придется - то посильнее.

- Слишком легко ты о подобном говоришь, чтобы быть правдой хотя бы отдаленно. Тем более ты не настолько глупа, чтобы готовить покушение на Сажу средь гущи обученных воинов и учеников. Если только ты не просила помощи у вражьих рож, но больше никого с таким запахом я здесь не чую. Вывод один - эти слова не принадлежат тебе изначально, ты за кем-то их повторяешь, - не терпя никаких потенциальных возражений, Паучиха встала перед Тернистой, чуть наклонившись. Пылающий плохо скрытой злобой янтарь глаз черной кошки встретил темный лед голубизны очей белой, оказавшись на одном уровне, - Мне нужно имя. Я догадываюсь, чье оно, но я хочу услышать это из твоих уст. А затем - что еще названный тебе наплел.

А затем, замолчав, ненадолго перевела взгляд и пододвинула в сторону подруги камешек - другой, но не менее красивый, найденный на подходах к берегу, где собеседница и сидела. Маленький, и все-таки жест принятия, знакомый им обеим. Пускай слова белой воительницы хлестали плетью, за тем скрывалось внутреннее желание разорвать, как ни иронично, терновые путы, окутавшие душу темной кошки. Вывести на эмоции, помочь ей дать им волю. Успокоенная на Совете нежданной помощью, Паучиха была готова принять на себя всю тяжесть того, что может узнать. "Просто, пожалуйста, хотя бы здесь будь со мной честна, иначе я тебе не помогу," - мысль мелькнула во взоре, и белая воительница ее не скрывала от собеседницы.

Если бы этот кот не был Паучихе так дорог... он был дорог, однозначно, именно поэтому больно было слышать, как глас Тернистой становился с каждой фразой все более сиплым, все более отдающим горечью прорывающейся наружу эмоции. Он был дорог белой королеве, именно поэтому его нужно было уберечь от того монстра, что он невольно создает себе теперь сам. какой резон ему было так отталкивать угольную воительницу? Так растаптывать ее и ее стремления, на которые она уже положила очень многое. В том числе свою семью, к которой изначально не была готова, которой не хотела. Пушистая воительница могла бы осудить ее за то, но не стала. И так уже много негатива, добавлять смысла не было, да и не хотелось. Жалеет ли Тернистая об этом - дело сугубо ее. Но то, что успехи у кошки были - бесспорно. То, что их так резко вдруг не принял собственный наставник, вызывало как минимум вопросы... а как максимум - давно знакомое праведное возмущение. При Вранозвёзде она бы смолчала. При Затмении Звёзд имеет право раскрыть пасть в ответной колкости.

А за своих дорогих друзей, особенно теперь, со смертью Веретеницы, Паучиха будет стоять.

— Ты бы скучала по мне, если бы я решила уйти одним утром?

Паучиха заметно помрачнела от этого вопроса. Не столько от мрачности представленной Тернистой ситуации в целом... сколько от того, что она вообще задается этим вопросом. Так быть не должно. Она не обязана страдать так просто за то, что хочет чего-то добиваться, и ей не нужна для того отцовская тень! Затмение Звёзд был ей наставником, он должен был ее навыки и намерения знать лучше даже ее родителей... но как отъявленную лгунью черную воительницу белая не знала. Так действительно, какой мыши происходит?..

Глубокий вздох, тяжелая, успокаивающая лапа, ложащаяся на плечо более младшей по возрасту воительницы, нос, уткнувшийся ей в макушку.

- Скучала бы, - глухо начала она, - злилась бы страшно, кричала бы в воздух, наверняка бы, без преувеличений, рыдала не хуже, чем на похоронах брата или близкой подруги. Без тебя племя Теней станет слишком пустым... слишком холодным, потерявшим искру. Ты стала частью моей жизни, как частью нашей дружбы стали красивые камушки. И эту часть жизни... я не стану отпускать просто так, - глубокий вздох - кто-то из котят брыкнулся, возмущаясь материнской сентиментальности, но несильно, благо. Остроглазая со своей задачей справилась хорошо - по крайней мере многое улеглось...

- Хочешь я сверну ему за тебя шею? Покажу что он болван, чтобы так с тобой поступать. Я знаю, как ты предана своему делу, а затушив искру, он уже ее не зажжет снова, должен же понимать, тем паче учил же тебя... - "Позволяет эмоциям затмить рассудок, снова. Затмение Звёзд решил перейти те границы, которые я не думала, что он перейдет со смертью Вранозвёзда," - мысль была глухой, с невысказанной задумчивой досадой, но голос говоривший был скорее по-невеселому смешливым, сменившийся просто невеселым.

- В любом случае я не хочу просто так это оставлять... надеюсь, ты понимаешь, что это несправедливо, и несправедливость эту надо решать?

~ Разрыв ~

[indent]Палатка оруженосцев >

[indent]- Что‑то случилось?
[indent]- Просто стараюсь быть загадочной, - смазанно улыбнулась наставница.

[indent]Дорога до Побережья была припорошена спокойным ночным снегом; Тернистая шла молча, лишь изредка прислушиваясь к шагам позади себя. Она уже привыкла улавливать движение Занозы за собой, взявшей за привычку садиться ей на хвост, когда просят и когда нет.
[indent]Тернистую не раздражала эта привычка. Она приняла свою ученицу вместе с неукротимой любознательностью и неожиданной преданностью.

[indent]В груди Тернистой притаилась тоска. Она сомневалась, должна ли озвучить Занозе свои мысли, или всё это выдуманная глупость. Хотелось быть с кошкой откровенной, поэтому она продолжала идти, внутренне стыдясь за свой порыв.

[indent]Лапы в последний раз хрустнули в снегу, когда темногривая остановилась меж прибрежных валунов. Ночь была тихая и не самая приветливая; вода подмёрзла, переставшая вольно облизывать берег и баюкать мысли - всё это выбивало Тернистую из привычного ощущения мира.
[indent]Кошка присела рядом с Занозой, а затем вдруг шумно бухнулась в снег спиной, устремляя взгляд в усыпанное звёздами ночное небо. Оно казалось бескрайним и затягивающим в свой манящий зёв. Мерещилось, что до него можно дотянуться лапой, и кошка впрямь протянула её перед собой, но всё, что получилось - это прикрыть силуэтом часть огоньков. Чем дольше она смотрела в звёздную вышину, тем отчётливее теряла ощущение места и времени, но вместе с тем завораживающий вид заставлял чувствовать в груди что-то неуловимо живое.

[indent]- Кхм, - неловко обронила Тернистая, прерывая тишину.
[indent]- Привела тебя поглазеть на огни в небе. Такая невыносимая банальщина, правда? - воительница заметно нервничала: явно пока была не готова приступить к сути, вот и оттягивала время.

Отредактировано Тернистая (06.06.2026 17:25:06)

[indent]- Если я буду плохо спать, то я буду плохо тренироваться, - урезонила Тернистую Заноза.
[indent]Воительница вздохнула - пристыдила так пристыдила. Наставница и так не находила себе места, и заключение ученицы задачу ей не облегчило.
[indent]- А Тростник принес тебе блестящие камушки? Или перышки? - хихиканье кошки звякнуло в тишине.
[indent]- Вот ещё, - сварливо буркнула в ответ воительница, - кто ж ему позволит‑то?

[indent]А у тебя хоть кавалер есть? - флегматично поинтересовалась Тернистая как будто бы уже не в первый раз. Словно без особого интереса, но ухо готово было улавливать каждый звук.

[indent]- А что мы там будем глядеть? - едва кошки водрузили спины в морозный снег, Тернистой отчего‑то перестало быть холодно.
[indent]Заноза под боком пригревала её, и чуть только Тернистой показалось, что её начал обуревать мирный сон, украденный ею и у неё, и у Занозы, как она поняла, что, напротив, будто пробуждается от оковывающей дрёмы.
[indent]- Думаешь, предки передадут нам какой‑нибудь привет?
[indent]- Ну‑ну, как же, - чуть не прыснула со смеху воительница, - они всегда молчали, даже когда лес молил об их участии. А тут вдруг помашут нам с небес.
[indent]Голос звучал беззлобно, хоть и явно судил и без того многими пристыженные, словно нашкодившие котята, Звёзды. Для неё лёгкая обида явно была чем‑то личным.

[indent]Вдруг её голос изменился и стал одновременно более басовитым и при этом каким‑то детским:
[indent]- Вот сейчас представь, что я твой ухажёр. Ну же, Заноза, погляди на небо! Видишь вон ту звёздочку? Она похожа на тебя, - не без высокопарности отметила кошка, махнув лапой куда‑то ввысь.

[indent]Указанный робкий огонёк на небе сверкнул и погас - может, это была и не звезда вовсе, но Тернистая об этом не имела понятия.

[indent]- А если серьёзно, - она впрямь вернула голосу прежнюю сталь, искоса поглядывая в морду Занозы, - я хотела поговорить с тобой кое о чём.
[indent]Слова искались с трудом и вязли в горле, так и не проливаясь в притихшее пространство.
[indent]- Ты… замечательная ученица. Я бы даже дружила с тобой, будь ты немного старше, - всё не то. И дыхание как‑то замирало, взволнованное прохладным ветерком и бескрайним зёвом неба над ними. Тернистая сама себя перестала слышать.
[indent]- И я благодарна тебе за всё: за эти воспоминания, за всё такое. Они меня оживляли, что ли…
[indent]Мигом растворилось всё красноречие, и Тернистая прижала уши, огорчённая, что вот‑вот испортит момент.

Отредактировано Тернистая (13.06.2026 15:35:18)

[indent]- Я бы хотела, чтобы кто-нибудь выложил мое имя вороньими перышками! У меня правда имя... За-но-за. А для тебя представляешь сколько ворон придется поймать Тростнику? Это было бы о-о-очень мило.
[indent]- Наклюнется у тебя ухажер, я ему подскажу, как тебе понравиться, - брезгливо дернула плечом Тернистая, будто они говорили не о романтике, а о стае навозных жуков.

[indent]- Мне без кавалера хорошо! Я сама всё могу.
[indent]- Да что ты! А перышками тебе кто будет выкладывать послания?

[indent]- В смысле на меня похожа! - возмутилась романтической обстановке, предложенной Тернистой, Заноза. Воительница усмехнулась. Ну, остроконечная, говорят, мелкая, яркая. Подумаешь, погасла. Чем не похожа?
[indent]- А вон ту видишь? У неё острые лучики, и она большая. Вот это ты.
[indent]- Ясно. Большая и толстая. Да, я, - не стала спорить Тернистая, тем не менее внеся нотку пессимизма и скептически пощуриваясь на звёзды, будто на яркое солнце.

[indent]Заноза поближе приникла к боку, точно угадавшая, что в этот самый момент темношкурой воительнице впрямь стало прохладно.

[indent]Момент всё приближался, вязко и неминуемо растекаясь по пространству, почему‑то не спешащему замирать и оставлять Тернистую в одном‑единственном, одном на двоих с Занозой моменте, который она ещё не отравила.

[indent]- А если бы ты была немного младше? Тогда бы это считалось?
[indent]- Ну, ты могла бы хотя бы называть меня "подружка". А сейчас, наверное, как‑то странно. Тётя Тернистая - моя лучшая подруга, - пискляво, будто именно таким тоном обычно разговаривала Заноза, передразнила кошка.
[indent]На самом деле она впрямь всё это время переживала только о том, не отравляет ли жизнь Занозы своим колеблющимся курсом действий. И если ещё не отравила, то не сделает ли это в будущем.

[indent]Потому словно намеренно несколько держала дистанцию, как это делают коты, чью самооценку и мироощущение однажды сравняли с землей, и они боятся заразить этим близких.

[indent]- Ты так говоришь, словно собираешься прямо сейчас уйти жить к старейшинам, - пробормотала Заноза, уводя взгляд в звездную даль, - И вообще... "за всё такое" - это очень расплывчато! Я, между прочим, заслуживаю список, - спасая крупицы беспечности, болтала ученица, - Например... «Спасибо, Заноза, за твои великолепные шутки». Или: «Спасибо, Заноза, что ты не дала мне умереть от скуки». Или...

[indent]Тернистая, не выдержав, хохотнула, хотя уже собиралась придать морде серьезнейший вид.

[indent]- А если серьезно, то…

[indent]"А если серьёзно, то всё, что ты говоришь, правда. Только ты не просто спасла меня от скуки, а развеяла такие тёмные мысли, о которых я бы даже никогда тебе не сообщила - а ты светлячком держалась где‑то рядом, и этого было достаточно. Я даже не сразу это осмыслила", - так могла бы сказать Тернистая, но она смолчала, поджав рот, будто ей было, чего устыдиться.

[indent]- Мне тоже с тобой очень нравится. Даже когда ты ворчишь или грозно смотришь, словно готова закопать кого-то под ближайшей сосной, - уши Тернистой залились пунцовым: ответных комплиментов, так ещё и таких красочных, она точно не ожидала, и в какой‑то мере это усложняло ей задачу, - И я бы тоже с тобой дружила! Даже если ты уже старая и ужасно взрослая.

[indent]- Ну, - никогда не умевшая правильно реагировать на подобные речи, подытожила Тернистая, - Спасибо, что ли.
[indent]Прозвучало саркастично, ведь сказать что‑то приятное вперемешку с ещё чуть чуть, и оскорблением - нужно ещё уметь. У Занозы точно был талант.
[indent]- Я шучу. Ты не старая, - мигом исправилась Заноза, и воительница прижала уши, услышав подозрительный шмыг где‑то под боком.
[indent]Нужно было отрезать уже заготовленную речь, как есть, наживую, и как можно скорее, пока слова не застряли в горле.

[indent]- Если отбросить шутки, - уцепившись за последнюю фразу ученицы, как за спасительную соломинку, со скрипучим трудом продолжила наставница, - то я хотела предупредить тебя о своём… решении.

[indent]Тернистая точно не хотела саму Занозу ставить перед выбором, как поступить вернее всего, так что присвоила себе принятое за двоих решение:

[indent]- Я беспокоюсь о твоём будущем и месте в племени; беспокоюсь, что однажды Затмение Звёзд поставит под сомнение качество твоего обучения и даже твою преданность племени, зная, что ты моя ученица. Так же, как он сделал это со мной - а ведь я была выучена им же. Только представь, сколько у него будет доверия к результату моего воспитания.

[indent]Она терялась в словах и мыслях, не зная, как бы ей подвести к итоговой мысли.

[indent]- Я знаю, что я не идеальная наставница, но мне и в голову не пришло бы заронить в твою голову зерно разрушительного инакомыслия. Но как об этом сказать предводителю - чтобы он поверил, а не ждал подвоха на каждом шагу?

[indent]Словом, я не хочу, чтобы всё это хоть как‑то тебя коснулось. Всё это грязь, лишняя, ненужная, и она будет так или иначе пятнать твою жизнь, если Затмение Звёзд впрямь ненавидит меня и не доверяет так сильно, как уже успел мне это показать, - с болью говорила Тернистая. Она не смотрела в морду Занозы, боясь встретиться с её честной реакцией.

[indent]- Вот я и… решила, что последней луной твоего обучения и подготовкой к заключительной экзаменации займётся другой воин. Кто‑то, в ком Затмение Звёзд не посмеет сомневаться. И я сама приду просить его об этом.

[indent]Она немного помолчала, а затем робко, неожиданно для себя, спросила, покосившись на ученицу:
[indent]- Ты… как?

[indent]Заноза вздыбила загривок и жёстко возразила:
[indent]- Он не станет думать, что я какая-то плохая ученица только потому, что ты моя наставница! - Тернистая вздохнула. Она тоже когда-то не подозревала ни тени сомнений во взгляде Затмения Звёзд. Ей казалось, что они дополняющее друг друга единое целое, и всегда готовы прикрыть друг другу тыл и поделиться мыслями.
[indent]Так жестоко обманулась Тернитая, почему-то вместе с этим предательством ощутившая, что вся её молодость, вся прожитая жизнь оказались напрасны, что доверять отныне казалось делом невыполнимым.

[indent]Взгляд Занозы неверяще забегал по морде Тернистой, и сердце у той мучительно сжалось. Решение и без того давалось ей непросто. Она узнала, предвестниками каких чувств были защищающе сложившиеся тонкие черты на морде ученицы. Когда Тернистая ещё была Колючкой, а затем - Терновинкой, её мордочка часто искажалась подобным выражением. Когда отворачивались подруги, когда задирал Клёкот, тогда ещё бывший Свистом,  морозил холодком Вранозвёзд или игнорировала мать, обиженная за что-то, о чём Терновинка не имела понятия.

[indent]Вмиг захотелось забрать свои слова назад и прижать к себе Занозу, как воробьишку, обнять как саму себя, погрязнувшую в старых обидах и подозрениях, казалось, ни на луну не покидавших сердца черношкурой воительницы.

[indent]"Тернистая, все твои мечты строятся на твоём же ужаленном, обиженном эго" - страшные слова, задевшие за живое, которые Затмение Звёзд посмел обронить, осознались вдруг правдой.

[indent]Не только мечты, вся жизнь Тернистой показалась ей обросшей вокруг зыбкого стержня обид. И она продолжала и продолжала развивать их в себе, не готовая отпустить, и вот результат. Раненая её словами Заноза, будто вмиг переставшая доверять, старалась не выдать всей глубины своей обиды.

[indent]- Ты меня бросаешь что ли? - Тернистая тоже хотела спросить это у Затмения Звёзд в последний разговор, но не осмелилась. Собственные слова, озвученные Занозой, ранили острее мириадов осколков.
[indent]- Ты решила всё сама и даже не спросила меня! А если я не хочу другого наставника? - слова ученицы звякнули в ночной тишине, не нарушаемой ничем, кроме этих двоих, и от них некуда было деться:
[indent]- Если мне надо будет, я докажу Затмению Звёзд, что у меня была лучшая наставница в лесу.

[indent]Я против, - мрачно закончила Заноза. Какое-то время Тернистая молчала, чувствуя, как пощипывает янтарные глаза. Как душу тревожит всколыхнувшееся, давно забытое чувство. Ей так важно было услышать эти слова от ученицы. Она сама не ожидала, что одни эти слова могли бы разрешить полчище сомнений, что копошились в её груди.
[indent]Она правда боялась испортить жизнь Занозе одним своим существованием, но та будто заранее извиняла её за любое предстоящее испытание.

[indent]Воительница сделала шаг к сжатому клубку нервов, в который вмиг обернулась ученица и подтянула к ней шею, боясь, что она отпрянет. Кошка молча зарылась мордой в шерсть на её угловатом, похудевшем к сезону Голых Деревьев плече.

[indent]- Прости меня, - прерывая тишину, виновато прошептала Тернистая, проглотив горький ком невыплеснутых чувств.
[indent]- Я тебя никогда не брошу. Никогда.

[indent]Как бы она хотела тоже услышать от кого-нибудь эти слова, в самый отчаянный момент, разводящий дороги некогда близких по разные стороны берегов.

Отредактировано Тернистая (06.07.2026 16:19:35)

[indent]Заноза осторожно подняла голову и смазанно ткнула носом в щёку Тернистой — то ли утешая, то ли изъясняя натянутое прощение.
[indent]- Не говори так никогда, — тихо прошелестела ученица, и было слышно, как слова проваливаются у неё в горле, — Я тебе почти поверила.

[indent]В груди у воительницы всё смешалось. Она ведь совсем не шутила в этом своём порыве. А все ответы на наверняка застывшие на языке у Занозы вопросы крылись в одном банальном факте: беспрерывной душевной боли, не находящей выхода, нужно было как‑нибудь пролиться.
[indent]Воительница растерянно смотрела, как ученица отводит морду и сердито стреляет взглядом куда‑то в сторону. Потребовалась всего пара мгновений, чтобы вглядеться повнимательнее и увидеть в её глазах печаль, а не злобу.
[indent]Но от этого было только больнее. Наверное, Тернистой было бы в какой‑то степени легче, если бы Заноза обозлилась на неё, а не грустила из‑за её слов.
[indent]"Что, если Затмение Звёзд думал так же?" — внезапно осознала кошка. "Зачем‑то ему нужно было довести меня до ярости, ненависти, полного непринятия. Его слова звучали так, будто он хотел навсегда отрезать меня, чтобы даже не думала грустить о потерянной связи. Но почему? За что? Могло ли это быть наваждением? Что, если он — совсем как я?"

[indent]Тернистая тряхнула головой, отгоняя эти мысли.

[indent]— …Что ты сделала? — вопрос повис в обступившей их почти неловкой тишине, и воительница тяжело поглядела на Занозу. Ей было стыдно, что она рывком погрузила ученицу с собой в свою душевную тьму и этим будто бы разом перечёркнула ту лёгкость в их отношениях, которая ей полюбилась.

[indent]— Я сама не знаю, — наконец мяукнула Тернистая; на ней совсем не было лица. И вдруг она нервно засобиралась назад, в лагерь, маня Занозу хвостом.
[indent]— Прости, что разбудила. Забудь всё это, ладно? — как бы ей хотелось вмиг вернуть всё на круги своя, но это казалось невозможным.

[indent]Как вдруг где‑то по пути, прорезая грудью рыхлый снег, она всё же разоткровенничалась, поравнявшись с Занозой:
[indent]— Затмение Звёзд был мне хорошим учителем в своё время. Я к нему сильно привязалась. Но он отверг меня вместе с моей преданностью, растоптав мои чувства, и посеял между нами холодность.

[indent]Я никогда его не прощу, — собственная ложь застала Тернистую врасплох вместе с жаром, прилившим к щекам, — Он считает меня змеёй, поджидающей его смерти или даже убийцей, хотя я ни разу не дала ему повода думать так.

[indent]Вот чьей ученицей ты являешься, Заноза. Воительницы‑изгоя, которой в племени Теней точно не рады, — кошка почувствовала, как голос её понизился и оброс льдом.

[indent]Но очень скоро лёд преломился, и Тернистая с болью сказала:
[indent]— Я не должна была говорить тебе всё это. Ты любишь его, он твоя семья. Пусть так и будет.

[indent]И снова воительница почувствовала себя пленницей своей обиды. Одержимицей собственных чувств, которые не знали конца и края и не находили утешения. Ну сколько можно проживать минувшее раз за разом? Когда это уже закончится?