— Да брось, это же не соревнование

Болиголов смешливо фыркает и кивает. Вереск абсолютно прав, сегодняшний день существует для них двоих только в качестве развлечения. Конечно, стоит относиться к пропитанию племени серьёзнее, но черный знает, что, если потребуется, он до изнеможения станет носиться по полям в попытках что-то поймать. Но если сегодня, прям сейчас удача им не улыбнется, мир не рухнет. И им даже, возможно, дадут мышку на ужин.

- Тогда я обойду с той стороны, - Болиголов кивает в названном направлении, пританцовывая на месте от нетерпения, - и направлю кролика прямо тебе в лапы!
Болиголов, вскинувшись охотничьим псом, затрусил в поисках кроличьего запаха. Вереска он держит в поле зрения, чтобы в любой момент иметь возможность выбраться правильную траекторию для охоты.

Погодка выдалась чудесная. Воздух уже слегка прохладен, но все еще греет солнце, все еще насыщен цвет небосклона. Когда оно начнет отодвигаться и светлеть, это будет значить, что наступает зима.
Думая о зиме, Болиголов не может не думать о Цветояре. Друг так боится холодов, что хочется обнять его и спрятать на несколько лун, чтобы снег даже шубы его не коснулся. С другой стороны, теперь Болиголов знает, как важно показать черно-белому все прелести этого времени года, дать ему возможность улыбаться и пасмурными днями.

Кролик вспархивает из-под носа воителя, точно испуганный перепел. Болиголов клацает зубами, поспешно собирая в кучу мысли и тело. Делает прыжок, все еще надеясь сменить траекторию побега дичи, которую поднял так неудачно. Кролик действительно сворачивает, но в своих действиях он владеет гораздо большей свободой, чем нужно степным жителям.
Болиголов пробегает еще немного, стыдливо прижав уши, и даже приподнимается на задних лапах, чтобы посмотреть, как справится со своей задачей Вереск. Черный верит в пятнистого друга, скрестил бы пальцы на его удачу, если бы мог.

Выдохнув, Болиголов опускается обратно на землю, всеми четырьмя лапами ощущая слабеющее ее тепло. Видимо им придется начать все заново. Это черного не печалит, и, он надеется, Вереска тоже.

- Еще разок! - отправляет он клич пятнистому, и тут же зажимает себе лапой рот. Вот балбес, вздумал так орать на охоте!

Главная Поляна ------>

В лагере - дело одно, но вот среди пустошей вереска, даже изрядно подвявшего, все-таки своя теплая атмосфера царила всегда. И ее ничто не могло испортить для Сапсана. Именно тут он всегда проводил много времени, когда хотел побыть один, а также было местом для их с Мимозой многочисленных свиданий, оканчивающимся неизменно, в случае везения, поимкой чего-нибудь вкусного. И нынешний раз исключением не станет, светло-бурый воитель знал, что в его семье скверных охотников не было никогда. Клённица, его нынешняя охотничья напарница, всегда была тому подтверждением, как в охоте на дичь, так и на соплеменников.

Он осознавал, насколько сильно их с дальней кузиной взгляды на семью различаются. Пусть он и сказал ей те слова про стремительно растущих дочек, он сомневался, что свободолюбивая рыжая красавица им внемлет. Или, если внемлет, то в том же ключе, в каком их понимал сам Сапсан. Он был примерным семьянином, она - роковой красоткой, жаждущей свободы. Несмотря на его косвенный отказ, она все еще строила ему глазки, искоса иль прямо, а он лишь с безразличием вел усами. Может, он и скучный для кого-то, и все-таки такая скучность его устраивала. Пусть Клённица думает и делает что угодно - полосатый воитель себя знает.

Невольно мысли вернулись к семье - Пустельга вырос, перед ним открылось море иных просторов и возможностей, которые предполагают вылет этого птенчика из родового гнезда. А они с Мимозой остались, все еще счастливые, все еще относительно молодые. Быть может, для них двоих еще не все потеряно, и они еще смогут сами насладиться еще видом крошечных котяток, растущих, познающих мир под их чуткими взорами? Это следовало обговорить, но, если пестрая воительница на это согласится, то сын предводителя готов будет на все, чтобы ее на этом пути вновь поддержать.

А рыжая напарница развлекалась, почувствовав этот неповторимый запах свободы. И не Сапсану ее было в том упрекать - когда лапы сами несут тебя сквозь дебри красивых фиолетовых цветов, а ветер треплет шерсть, усы и уши - просто невозможно устоять. И старший воитель и сам поддался этому порыву, свистнул, бегая рядом с кузиной, наблюдая за небом, дабы какой-либо шальной коршун не спустился с небес, чтобы подхватить Клённицу и унести ввысь. Хотя тут еще кто кого унесет... хм...

Видно, идея обоим напарникам пришла одна и та же. В процессе бега кузине удалось поймать в свои цепкие лапы небольшого воробушка, которого после одобрительной "доброй охоты" со стороны кузена они решили пустить в ход как приманку для кого-то более крупного. Хищные птицы... опасный, но желанный ужин для племени Ветра, который сейчас точно стоило попробовать приманить и поймать. И они принялись готовиться - выделили полянку, на которую Клённица уже плюхнулась спиной, приминая, подготавливая почву. Воительница попыталась Сапсана подозвать к себе, но тот лишь смешливо-вопросительно повёл бровями, тем самым вновь проводя незримую черту. Ну, разрешение или нет рыжей кошке и не требовалось - она продолжила, прежде чем, удовлетворившись содеянным, она не положила свою маленькую добычу в центр. Оба отошли по своим местам, словно интуитивно обозначая роли. Сапсан всегда высоко и далеко прыгал, если что, сможет не дать птице взлететь выше нужного, когда ее предстояло ловить.

На удивление долго ждать не пришлось. Рассекая воздух мощными крыльями, на мертвую птичку спикировал пестрый сокол, тут же силящийся вновь взмыть ввысь. И как раз в этот момент бурый воитель выскочил на него, сбивая лапой, раня в крыло. Встревоженная птица полоснула лапой воздух у его носа, прежде чем принялась улепетывать от кота. Прямиком в сторону его напарницы, готовившейся совершить последний укус. Хищник не мог взлететь высоко - каждый раз кот оказывался там же, не давая скрыться.

Дело оставалось за малым. Стремительно их ценная добыча приближалась к Клённице...

[indent]Нет, ну какой же он всё-таки милый зануда, просто так и тянет улыбнуться! Устроившись в своей засаде, Клённица бросила взгляд на своего партнёра по охоте и чуть вильнула хвостом. Такой забавно чопорный, взрослый и "сурьёзный" воитель, просто образец для подражания! Несомненно гордость племени, но рыжей он оттого казался немного скучноватым. Быть таким, как надо - это так просто и так скучно! Когда видишь перед собой дорогу из многих поколений одинаковых воинов племени, когда идёшь по их стопам, никогда не подвергаешь сомнению Воинский Закон и слова предводителя... становишься таким однообразным и серым, таким предсказуемым! А вот взял бы и подыграл ей немного, хотя бы чисто так, в шутку! Сам же понимает, что она не всерьёз, а так посмеялись бы друг над другом и забыли, зато какая была бы изюминка! Какой глоток свежего воздуха в этом скучном-скучном мирке! Несмотря на все свои прегрешения и разрушительные убеждения, Ветрогон из-за них же хотя бы казался уникальным в отличие от своих соплеменников.

[indent]Правда, выделиться решил не самым удачным образом, но хоть что-то...

[indent]Впрочем, в плане охоты родственничек оказался гораздо более интересным, и хоть это порадовало временно-не-королеву, в которой проснулся теперь уже азарт иного толка. Раз единственная на данный момент жертва противоположного пола противится её чарам охотницы на сердца котов, то придётся искать добычу для охоты более приземлённой и будничной. Впрочем, и здесь можно было выделиться, если замахнуться на дичь получше, что они и сделали. И не прогадали. С небес послышался тонкий крик, воздух разрезал свист пикирующих крыльев, и вот уже на её воробушка обрушилась золотисто-бело-бурая масса перьев с блестящим клювом и острыми когтями, что сцапали приманку, только вот утащить её с собой у глупого сокола не получилось. Подоспевший Сапсан чуть не сбил хищную птицу на землю, заставив выронить воробья, и погнался за раненым, направляя его аккурат туда, где притаилась его хитрая напарница.

[indent]Еще чуть-чуть поближе... еще немножечко... Давай, Сапсанчик, не дай ему скрыться! Вот... сейчас!

[indent]Все мышцы Клённицы напряглись, когда сокол поравнялся с подсыхающими перед листопадом красновато-бурыми кустами, с которыми она почти слилась окрасом, замерев в ожидании подходящего момента. Сильно оттолкнувшись от земли задними лапами, кошка взвилась вверх и приземлилась аккурат на спину своей ничего не подозревавшей добыче. Сокол покачнулся и начал терять и без того небольшую высоту, тяжело шлёпнувшись на землю. Однако расслабляться было нельзя. Птица оказалась немного крупнее, чем ожидала воительница. Если начнёт биться крыльями, то легко и отпихнуть, и даже снова подняться в воздух вместе с охотницей сможет. Поэтому Клённица, пользуясь гибким телом и длинными лапами, почти змеёй обвилась вокруг туши, обнимая и прижимая крылья к телу, пока её изящно вытянутая шейка не позволила дотянуться до шеи и одним укусом прекратить сражение. Сокол еще немного побарахтался, но в конце концов обмяк и затих.

[indent]- Нет, ну ты посмотри, какого красавца мы поймали! Он почти такой же красивый, как ты! - довольно вздёрнула носик кошка, приподнимая и тормоша сокола за крыло. - Как думаешь, понравится Волчеягоднику? Мне кажется, он пасть откроет от удивления! Если, конечно, он так умеет... - она хихикнула, вспоминая вечную малоэмоциональную вечно серьёзную мину глашатая. - Но только чур ты его несёшь! Он ужас какой тяжёлый. Я вон, пойду воробушка подберу!

[indent]И Клённица вернулась к месту, где сокол выронил приманку. Тушка оказалась немного более помятой, чем её изначально помяла сама охотница, но в целом никаких иных причин не забрать ей с собой рыжая не увидела. Зато увидела то, чего явно не хотела. В пару хвостом от воробушка на земле лежало нечто очень и очень странное: несколько совсем мелких мышат, чьи короткие хвостики каким-то непонятным образом умудрились связаться вместе. Кошка брезгливо поморщилась. Ей никогда раньше не доводилось видеть подобную картину, и она вызывала у неё какое-то стойкое ощущение отвращения. Обернувшись, чтобы позвать Сапсана, она заметила, что кот итак подошёл ближе. Видимо, заинтересовался, что её так задержало.

[indent]- Фи какая гадость... - произнесла она, приподняв переднюю лапку и слегка встряхнув ею, словно нечаянно дотронулась до странных мышат. - Как такое вообще получилось? Выглядят неаппетитно, да в них и есть-то нечего! Уверена, Тис с Перьелапкой или Щербинка с Малиновкой и те принесут что-то более существенное, чем вся эта... "путаница", - Клённица заглянула в морду Сапсана, пытаясь оценить его реакцию на увиденное. - Может ну их, а? Пусть живут, авось подрастут и пожирнеют, хоть в Голые Деревья сможем ими полакомиться!

Сапсана охватил азарт пуще прежнего, и чем ближе и он, и его добыча были к поджидающей средь рыжих, как она сама, кустов Клённице - тем сильнее. Хорошо, что он успел ранить опасного хищника - не они бы поймали, так те, кто был рядышком, должны были. Но в их случае они уже не могли не поймать его - вот он, на мушке, сам того еще не понимая. Вот они уже были у цели, и, словно язык пламени, рыжая кузина выскочила соколу наперерез, сбивая его и борясь. Она была жестокой, но недолгой - охотница в конце концов добралась своими острыми зубами до шеи птицы, впиваясь в нее, тем самым положив этой, без сомнения, приятной охоте закономерный конец.

Сапсан отдышался, но смог победно улыбнуться, воздавая при том про себя необходимые хвалы Звёздному племени за такой знатный ужин для всего племени. Клённица не упустила возможности снова сделать бурому воителю комплимент, на что то скривил в усмешке губы. Ее сложно было воспринимать сейчас всерьез, но в одном она была права - поймали они красавца. Затем в своем разговоре она затронула вечно хмурого по ее мнению Волчеягодника, утверждая, будто удивляться старый друг и ровесник старшего воителя не умел. На это кот не удержался, но издал смешок.

- Будь уверена - еще как умеет, просто не показывает того слишком часто. Надо же ему поддерживать образ сурового глашатая, не так ли? - "на фоне часто, а в последнее время так и постоянно не такого серьезного Зайцезвёзда точно," - добавил он про себя, издав еще один смешок, пойманный усами, тут же сошедший на нет, оставив лишь улыбку, - а сокола я понесу, без проблем, тушки после смерти весят меньше, чем при жизни.

Сапсан уже было наклонился, чтобы водрузить ношу себе на плечи, как краем глаза увидел, что его напарница, подойдя за выроненным воробушком, тут же остановилась, словно вкопанная. Нахмурившись, сын предводителя оттащил большую добычу поближе к кошке, выглядывая из-за ее плеча на то, что она там увидела. И зрелище и правда было не из приятных - дюжина мышат, пища и паникуя, копошилась, пыталась убежать, но мешало одно препятствие - все их хвосты завязались, точно клубок змей, в один большой громоздкий узел. И кто так вообще мог сделать? Как это получилось? Рыжая воительница рядом воскликнула, что это отвратительно (с чем Сапсан был согласен полностью), предложив просто оставить их умирать, ибо на ужин они не сгодятся, да и кто в здравом уме будет это есть?..

- Это... абсолютно противоестественно, - поморщившись, проговорил Сапсан, придавив узелок лапой, чтобы они не убежали никуда, пока парочка охотников принимала решение, - давай я попробую их распутать? Вдруг получится дать им откормиться к Голым Деревьям? - и с этими словами бурый воитель приступил к работе.

Когтем он подцеплял разные участки узелка, пытаясь нащупать хотя бы одно соединение, но тяжело было работать, когда твои импровизированные пациенты истошно пищали и бежали кто куда, натягивая все еще туже, чем было, сводя всю работу сына предводителя на нет. Полосатый кот пытался снова и снова, придавливал пару мышат, чтобы не вырывались, менял угол... тщетно. В конце концов, провозившись с этим долгие несколько минут без какого-либо результата, Сапсан сдался.

- Нет, это невозможно, - пробурчал он, - в таком случаю поддерживаю твою идею - оставим их, все равно наверняка так они долго не проживут. Но никто, из того, что я слышал, никогда подобной чудовищности не встречал... - травянисто-зеленый взор старшего воителя затуманился, прежде чем прояснеть в догадке. Не пытается ли этим природа им что-то сказать? И если так, то не стоит ли обратиться напрямую за этим к той, что должна разбираться в подобных аномалиях на духовном уровне?..

Сапсан повернулся к рыжей кузине, и выглядел он донельзя обеспокоенным.

- Клённица, я думаю, нам следует рассказать об этом Остроглазой. Я чувствую, что это может оказаться чем-то важным, знаком, если тебе угодно. Если ты согласна - подтвердишь мои слова, если придется? Если Звёздное Племя хочет что-то сказать - даже такими мелочами пренебрегать нельзя. А действительно ли это так - вызнавать ей.

С этими словами кот, наконец, поднял сокола себе на плечи, ушами дергая в сторону, где был их лагерь. Медлить было нельзя - от этого могло зависеть многое. Соколица всегда учила его такое не игнорировать, но всегда целительницу спрашивать. И даже сейчас кот наставлениями набожной матери пренебрегать не стал.

------> Главная Поляна (номинально) ------> Пещера целителей

Отредактировано Сапсан (25.03.2026 14:48:01)

[indent]Главная поляна >

[indent]Мимозе незачем было пытаться угадать мысли Жёлудя. Его голова была непривычно пуста, пока её ум занимал всякий романтический вздор, будто воительнице всё ещё не больше дцати лун. Он не поспевал за ней, то и дело теряющейся в траве. Её шкура мелькала точно заячья, но воитель не спешил, подозревая, что кошка сбавит темп сама.
[indent]Будь всё иначе, Жёлудь огорчился бы, что Волчеягодник поделил отряды именно таким образом. Он, разумеется, хотел бы контролировать каждое движение, иметь возможность вмешаться в распри глашатая и предводителя, если придётся. Кому, как не ему, хватило бы на это духа? Но этой возможности не оказалось, и бурому воину было всё равно.

[indent]Когда жухлая листва в очередной раз шаркнула под лапой спутницы, воителю всё же и самому вспомнился Жёлудевый, которого когда‑то Мимозе довелось узнать. Плоть и кровь, полные отражения посторонних ожиданий и мыслей, совсем как Жучишка, так и не успевшая найти себя. Пусть даже и опустошённым сосудом, залатанным, как брешь, чужими надеждами.
[indent]- Ты стой здесь, а я загоню его к тебе, - отдавала распоряжения Мимоза, заслышавшая дичь. Воитель поднял на неё прохладный взгляд, давая понять, что слышит её и принимает к сведению.

[indent]Кошка оступилась, подгоняя зверя, но Жёлудь с готовностью сорвался с места, сделал выпад вперёд и впился когтями в проносящегося мимо суслика. Прошла горсть мгновений, прежде чем клыки цепко ухватились за горло, обездвиживая прекращающую дёргаться дичь.
[indent]Воитель швырнул Мимозе суслика, даже не взглянув на неё. Это было привычное для него телодвижение, но могло запросто показаться, что оно обусловлено раздражением или ненавистью.

[indent]Он безучастно прошёлся омытой лапой по уху, уловив, что они отдалились от отряда. И в этот момент учуял новую россыпь запахов, открывшуюся им.
[indent]Зная, что то же, что и он, наверняка почувствовала Мимоза, воитель кивнул в сторону засыпанной сухотравьем кучи с дичью и буркнул:
[indent]- Я в этом возиться не намерен. Если ты хочешь, я подожду.
[indent]Поблизости мог быть хозяин добычи, так что дождаться воительницу, уязвимую к нападению, стоило.

[indent]дайс

-> Из лагеря племени Ветра, в ночи Сезона Голых Деревьев

Свистоушка не удостоила его больше ни одним словом, продолжая целеустремленно и бодро передвигаться рысью - Зайцесвет только и успевал зацепить взором её сверкающий пушистый хвост, а сам тем временем думал, что вообще происходит. Мысль о том, что сам предводитель рассчитывает на его помощь, укрепляла нестабильное сознание старого кота, в котором ютились осколки его разновозрастных личностей - он чувствовал себя более уверенно, будучи Зайцесветом, бегущим за своей сестрой, подругой лидера, которая вела его к Лучезвёзду. Здесь всё было просто и понятно.

Лучезвёзд...

Ночные обстоятельства погружали его в уверенность и воспоминания, которые когда-то принадлежали ему в молодости, и они вновь ожили, но уже в реальности. Он вдруг вспомнил, что он вообще-то глашатай, правая лапа худосочного чёрно-белого кота, который пытался собрать племя Ветра по кусочкам, разбитого раздраем во время правления Гончей Звезды. Правда, он затруднялся сказать, в каких именно временных рамках находится, а сияющий силуэт Свистоушки только усугублял иллюзорность происходящего, но Зайцесвет был готов закрыть на это глаза, притворившись, что звёздный свет, отражающийся от снега, так покрывает её светлую шёрстку. Если бы он начал задумываться об этом более глубоко, то ещё сильнее бы сошел с ума, поэтому предпочитал анализировать здесь и сейчас, а не почему и зачем. Какая разница? Он нужен своему предводителю!

Свистоушка вдруг исчезла. Зайцесвет остановился и проморгался, но силуэт сестры больше не освещал его путь, и кот нахмурился. Она привела его на вересковую пустошь, ныне засыпанную снегом, прекрасную в любое время года. Присмотревшись внимательнее, он увидел лежащую среди снегов фигуру.

- Свистоушка? - неуверенно произнёс бурый, медленно приближаясь к лежащему. Нет, не она... - Лучезвёзд!

- Ты пришёл, - раздался едва слышный шёпот, и Зайцесвет ускорил шаг. Теперь он мог рассмотреть его. Длиннолапый Лучезвёзд распластался на снегу, шерсть ослепительно сияла в свете звёзд, а под его телом растекалась серебристая лужа, которая по каким-то причинам не впитывалась в снег, заставляя его мерцать ещё ярче. И Зайцесвет вдруг понял, что уже видел эту картину ранее.

- Нет... Лучезвёзд! - он попытался перевернуть кота, но лапы прошли сквозь предводителя. Это уже происходило, только когда-то давно. И хуже того, он помнил, чем это закончилось в прошлый раз.

- Ты не сможешь спасти меня, - Лучезвёзд посмотрел на него бледно-оранжевыми глазами, где спокойствие соединялось со страданием. - Рана слишком глубока. Но я звал тебя не за этим. Я хочу, чтобы ты запомнил... Как умирают предводители... Навсегда.

"Нет. Нет, это наверное сон. Я сплю, и мне снится, как умер Лучезвёзд."

- Придёт срок, когда ты окажешься на моём месте, Зайцесвет. Совсем скоро ты станешь предводителем, и уже на твои плечи ляжет это тяжёлое бремя.

- Для умирающего ты слишком разговорчив, - буркнул кот. Лучезвёзд наградил его тонкой улыбкой - той самой, что сам бурый неосознанно перенял от него и делился ею с теми, кого хотел приободрить.

- Я молюсь, чтобы твои жизни покидали тебя менее тяжело, чем меня, но знаю, что это утопия, - предводитель будто не слышал его - или не хотел слышать. Ещё один приёмчик, который Зайцесвет подцепил от своего наставника. - Твоими страданиями будет вымощена дорога к благополучию племени Ветра, и я уверен, эту цену ты будешь готов заплатить. Ты сгоришь, но просияешь на все пустоши, ведя племя так, как должно. Я верю в тебя. Верю всем сердцем, - прошептал Лучезвёзд, закрывая глаза.

- Прости меня, - пробормотал его глашатай, не зная, что ещё сказать. - Я так сожалею.

- Тебе не за что извиняться. В этом нет твоей вины. Ты был хорошим глашатым. Ты станешь отличным предводителем. Но я хочу, чтобы ты запомнил этот момент... Момент, когда кончается одна эра и рассветает другая. Уйти с достоинством - то, что немногие из нас могут себе позволить. И когда придёт твой мучительный черёд... Уступи дорогу тем, в кого ты веришь. Сделай правильный выбор.

Лучезвёзд в последний раз взглянул на него с добротой во взоре и растворился в воздухе, оставив Зайцесвета в смятении. Он склонил голову и был готов поклясться, как по ноздрям скользнул запах старого друга, который ушёл слишком рано. Раньше, чем смог привести своё племя к величию, но оставил протоптанную дорогу для своего преемника.

На негнущихся лапах он отступил, чувствуя, что не готов вернуться в лагерь. Поэтому он пошёл вперёд, а глаза его были пусты.

-> ???

— лагерь

Пока они идут не очень быстро, Болиголову прогулка даже нравится. Он уступчиво держится позади Желудя, чтобы шагать по его следам. Раз старший вытащил их из лагеря, то пусть через остатки снега и грязь первым пробирается. Черный в какой-то момент вообще отключает мышление, просто старается расслабить уставшее от болезни тело.
Вересковые пустоши тянутся почти бесконечно, но в какой-то момент Желудь все же притормаживает.

— Давайте разделимся
— Давайте разделимся, — гнусавит Болиголов зеркальное, и снова подмигивает Овсяннице. Дразнит он сурового Желудя, или просто соглашается с ним его же фразой - никто не знает.

Болиголов невнимательный, и про совместное прошлое этих соплеменников не знает буквально ничего. А что знает, забывает иногда, как несущественное для себя. Болиголову думается, что соплеменница просто недовольна походом, а потому выглядит такой.. серой. Поэтому ее хочется поддержать, а Желудя хочется дразнить, даже если он и внимания никакого не обратит.
Так или иначе, но в какой-то момент Болиголов вынужден приступить к охоте. Мягко ступая по земле, старательно нюхает  воздух, в успех, впрочем, абсолютно не верит. В носу свербит, и степной начинает дышать ртом, чтобы хотя бы оглушительным чиханием не распугать остатки удачи.
А она совершенно неожиданно решает ему улыбнуться. Черный заворачивает в сухие заросли и почти нос к носу сталкивается с куропаткой. Она не самая большая, должно быть молодая совсем, но Болиголову некогда думать о таких вещах - он делает рывок и хватает дичь раньше, чем та успевает среагировать на его появление.

Выдохнув, степной решает, что можно идти домой - он уже выполнил меру сверх нормы, нет причин думать, что ему может повезти дважды. И, когда Болиголов уже собирается расслабленно побрести к серединам пустошей, он слышит призыв Желудя. Взволнованно покрутив головой, воитель быстро, но надежно, прячет свою добычу, и большими прыжками летит в сторону старшего. Бег его, обычно легкий и стремительный, пару раз прерывается тяжелой одышкой, но в какой-то момент он все таки добирается до Желудя.
— Что... слу.. чи..лось? — сквозь быстрые вдохи-выдохи, интересуется, хотя и сам уже, ступив в нужном направлении, поймал приглушенный чужой запах. Правда в отличии от Желудя, Болиголов ярой агрессии сразу не демонстрирует - может чужаки уже ушли или вовсе не захотят драться?

- Я бы сейчас сожрал собаку, - скрипуче выдает главарь банды и оборачивается к своим спутникам. - Да уж, ну и видок у всех у вас, ха-ха!
Куно и сам чувствует себя неважно, но вида старается не подавать - они втроем и не такое пережили, чтоб сейчас ныть об обычной боли в голове и носу.

Вспомнить тот случай, когда Куно и братву истерзали бродячие собаки. Или как вонючие людишки накидали стекла возле мусорных баков возле своего дома, из которого обычно удавалось добыть пропитания. Или как они выпили из какой-то лужи и слегли с больными животами.

Короче, жизнь одиночки - та ещё развлекаловка, благо Куно быстро привык к ней. Родился-то он в богатом тёплом доме, где миски были полные, а хозяева любили. Проблемки только с матерью были... Немного психованная была, может быть и сам Куно наследовал её нездоровые гены. Да и отец всё твердил о дворовых драках, словно участвовал в них, а не прожил всю жизнь под крышой.

Как-то отвлеклись мы...
Куно всё также беспричинно следует куда-то вперед, пока не замечает три расплывчатые фигуры впереди.
- О, глядите, что за уродцы? - после этих слов Куно громко кашляет и шмыгает, но болезненного виду всё еще не подает. Одиночка распрямляет грудь и блатной походкой идёт к незнакомцам. - А чего эт вы тут гуляете одни? Еду ищете? Мы тоже, может поищем вместе и поделим добычу?

Одиночка стал осматривать стоящих напротив.
Тощий черношёрстный паренек может доставить немало проблем - ловкий, молодой ещё. Куно заприметил и огромного бурого кота. Вот этот может оказать сопротивление, но вряд ли для бывалых одиночек он может создать хоть какую-то серьёзную проблему. А на девчонку Куно внимания не обратил - с ней он драться не будет; это дело кошачьей чести.

P.S. пока никаких тем не создаю - драка-то ещё не началась:) Авось и мирно получится всё решить...

Отредактировано Многоликий (08.07.2026 15:48:56)

Жизнь у Птенчика что-то не задалась.

Сначала он совершенно нелепым образом потерял собственный дом. Потом оказалось, что найти его обратно не так просто, как представлялось в первые дни. Затем выяснилось, что мир за пределами знакомых дворов почему-то не спешит падать к его лапам от одного лишь осознания, кто перед ним стоит - это обстоятельство Птенчик считал особенно оскорбительным.

Его единственным спасением оказалась компания этих двоих. Как Птенчик думал сначала, если уж судьба решила разлучить его с привычной жизнью, то могла бы подыскать спутников хотя бы с зачатками хороших манер, но совсем скоро ему пришлось смириться и с грубоватыми замашками Киры, и с не менее грубоватыми манерами Куно. Не сказать, что владелец знатных кровей был особо рад этому стечению обстоятельств, но жизнь была ему куда дороже, а покрытые шрамами бродяги казались отличной защитой.

Когда же он наконец смирился с тем, что дорога домой для него стала дальней, а её ожидание будет длительным, случилось что-то, чего Птечник ожидать никак не мог - он заболел.

Правильно мама говорила: дома безопаснее. Все бродяги, как и рассказывали остальные собратья из слоёв повыше, были больными, вонючими, голодными и грубыми. Но теперь и сам Птенчик был бродягой, а потому тоже стал больным, вонючим и голодным. Это, наверное, было еще более оскорбительным для кота, чем факт его потери. Ему хотелось верить, что какие-то благородные черты он всё же сохранил, а потому в команде остроязычных оставался оплотом благородства и дипломатичности. И, как назло, был единственным обладателем ошейника: снять его никак не получалось, и теперь, пожеванный и местами ободранный, он оставался на шее Птенчика призраком прошлой жизни.

— Я бы сейчас сожрал собаку, — на  слова главаря младший кот мечтательно промычал.

— Я бы сейчас даже кашу за Двуногими доел, — его пасть коротко дернулась, когда он представил остатки белесого месива, — ... ненавижу кашу.

Видок, как правильно заметил Куно, был у всех не лучший. Только вот если сам главарь и Кира выглядели не очень еще с момента их встречи, то сам Птенчик всегда был прилизан и ухожен. Теперь же его глаза были постоянно на мокром месте, а от частых приливов слабости сил на уход за собой уже не оставалось. Да и переживать о собственном виде Птенчик тоже перестал - красоваться было не перед кем... Чарующих волн от Киры и её острого языка он не испытывал. Иногда и вовсе её побаивался.

- Если на этой стоянке окажется еда, она сразу перестанет быть дебильной, - недовольно поведя плечом, Птенчик с опаской осмотрелся. - Но укрытие здесь отвратительное. Если уж замерзать насмерть, то хотя бы в приличном месте.

— О, глядите, что за уродцы?

Птенчик пригляделся, только вот от голода глаза слипались, а от плохого самочувствия вся картина плыла. На уме было лишь одно.

- Мы их съедим? - ровно, но всё же с искренним интересом спросил он. - Или хотя бы ограбим?

Не съедим, - с явным разочарованием подумал Птенчик, и его веки устало упали, прикрывая глаза в скучающем виде. Чужаки подходили всё ближе, а Птенчик всё меньше интересовался происходящим. Голова была тяжёлой, лапы ломило, хвост безвольно поглаживал сугроб, а рядом находились Кира и Куно — если кто-то и собирался совершить глупость, разбираться с последствиями всё равно пришлось бы им. Рядом с соратниками Птенчик никогда угрозы не чувствовал, но это не означало, что в боях он не бывал.

Но потом среди незнакомцев он заметил кошку.

Мгновенно выпрямившись, одиночка почувствовал, как от резкого движения у него даже закружилась голова. Но он мужественно проигнорировал этот факт. Стараясь выглядеть как можно непринуждённее, он быстро провёл лапой по груди, приглаживая растрёпанную шерсть, с усилием моргнул, сгоняя из глаз болезненную влагу, и устремил загадочный взгляд куда-то в сторону. Его морду тут же украсил задумчивый прищур и сосредоточенно нахмуренные брови. Из-под полуприкрытых век бродяга начал украдкой наблюдать за незнакомкой, стараясь делать это незаметно, но получалось, вероятно, ужасно. Но он старался.

В конце концов, из всей присутствующей компании именно он оставался единственным котом, который выглядел как благородный господин, временно попавший в затруднительные обстоятельства.

А не как затруднительные обстоятельства, принявшие облик кота.

Отредактировано Многоликий (08.07.2026 21:44:44)

Ужасно.
Болиголову очень не нравится все, что происходит. Когда появляются бродяги, Желудь вообще теряет в разуме - забывает, что из них троих двое тоже больны. И судя по лихорадочному блеску в глазах старшего - довольно серьезно.
Степной совершенно не хочет драться с одиночками, и дело вовсе не в трусости. Просто из-за болезни они получат больше ран, а из-за слабости будут дольше поправляться, тратя запасы трав, которые, Болиголов уверен, и так начинают таять.

Желтые глаза внимательно щупают жилистые тела дворняг. Сильны - хотя не могут похвастаться здоровьем и обильным питанием. Болиголов знает разницу между домашним и одиночкой - последние привыкли драться, не соблюдая законов. Это и страшно.

Слова троицы ничего не задевают в широкой душе Болиголова - они просто бахвалятся, пытаясь вывести степных из себя. С ним этот номер не пройдет, слишком уж черный воитель крепкой психикой обладает.
И решение сейчас приходится принимать быстро.
— Желудь, стой, подожди! — Болиголов морщится от необходимости такие ответственные действия совершать, — они больны, мы можем быть полезны друг другу.
Ему даже приходится встать на траектории Желудя, благо он успевает выступить вперед до того, как старший обнажил когти. И все же - ох и огребет он потом за это.

Ну же, упрямые пни, спрячьте когти и заткнитесь, пока не включите разум.

— Овсянница, ты же понимаешь? — косится на соплеменницу, хотя настороженной крепкой стойки не теряет. Болиголов добряк, но не идиот - он знает, что его слова могут ничего не решить.
Но попробовать он должен.

— Ваш младший сильно болен, — Болиголов повышает голос, кивая на рыжего мальчишку, — и как лечиться, вы не знаете. Зачем нам усугублять состояние друг друга? — на губах воителя нет и следа улыбки, он кожей ощущает вязкую неизбежность драки.
— Еды здесь для вас нет и не будет, но может найтись информация, — информация, которой у самих степных пока нет. Но это не важно. Главное имеющиеся скудные крохи выдать с очень умным видом. И лишь тогда, когда придет время.

Болиголов никогда не понимал необходимости все решать силой. В конце концов, разве у одиночек не были в распоряжении нейтральные территории? Ведь племена не бегают туда охотиться. А еще амбары и пастбища, он там столько мышей видел! Зачем падать вот в это - рисковать своей и чужой шкурой ради куска еды? Степной и ради своих племянниц не опустился бы до такого - скорее стер лапы в кровь, стараясь поймать дичь.
Ну, так он по крайней мере думает.

Ребята напротив выглядят на порядок лучше, нежели их банда - это окончательно раззадорило Куно, и на его угрюмой морде появилась сладкая улыбка. Значит-ся, дичь у них есть, да и питаются они хорошо. Больше всего главаря заинтриговал ихний вожак - вот этот бурый здоровенный котяра, который всё хмурит свои бровки и хлопает ресничками.

Для Куно эта стычка - одна большая игра, которую подкинула им судьба, чтобы слегка развлечь замученных и больных бродяг. Кира ошибается, потому что стоянку Куно выбрал не дебильную - вон кого удалось встретить.
- Плешивые отродья. Вы не уйдёте отсюда живыми, - Куно обнажает клыки и встает в оборонительную стойку. Бледно-розовый язык хищно облизывает губы, а зрачки мутных глаз сужаются в щёлку.

Увы, соперника останавливает тонкий черношёрстный котишка, и главарь слегка приподнимает плечи.
- Ну что же ты, пацан, остановил своего дружка в самый интересный момент.
Куно пару раз громко и очень неприятно шмыгает.

Начались переговоры, и Куно раздражённо закатил глаза и цыкнул.
- Ваш младший сильно болен. Зачем нам усугублять состояние друг друга? - заводит песню незнакомец.
- Наш младший? Ну-ну, парень, не обесценивай моего Птенчика такими грубыми словами. Он тебя и больным пополам сломает, - Куно оглядывается назад, кратко оглядывая Киру и Птенчика. - Давайте все будем благоразумными? Вы нас накормите, а мы, так и быть, пощадим вас и оставим в живых, идёт? Вы нам не ровня. Даже ты, - кивает бурому.

Послышался какой-то писк, и Куно вскинул бровью, осматривая кошку, которая всё-таки не сбежала от вида грозной бродячей банды.
- Мы на своей законной территории.
- Моя девка-то посильнее вашей будет. А может просто кошки подерутся, а мы посмотрим? Чья победит - того и жрака.
Куно скрипуче рассмеялся, и смех его превратился в болезненный скрип.

Птенчик обреченно вздохнул. Атмосфера накалялась, шерсть у всех на затылках все очевиднее становилась дыбом, а это могло означать лишь одно - незнакомцы не сдадутся с миром и не положат им под лапы свою добычу. Что, разумеется, Птенчику казалось ошибкой с их стороны. На месте жителей пустошей он бы побоялся раззадоривать Куно и Киру.

Пока кот меланхолично размышлял о будущем повороте судьбы, краем глаза он уловил мягкую и кроткую улыбку незнакомки. И, кажется, внутри всё тут же потеплело. Не сказать, что от одной улыбки вся его жизнь стала лучше, но этот день - определенно да. Это мимолетное ощущение - взгляда красивой кошки - совсем уже позабылось, а вместе с этим позабылись и приятные ощущения легкости внутри, которые появлялись при общении с прекрасными представительницами лесов и городских помоек. А ведь когда-то его чарам поддавались и домашние красавицы...

Впрочем, развиться их общению было не суждено. Резко опустив голову, Птенчик напряг уши, вслушиваясь в чужие разговоры, и с тяжелым сердцем отпустил из памяти улыбку полосатой кошки. Он другой, она другая... А ещё у неё есть еда - никакая романтика не сможет переступить яму из жуткого голода.

— Ваш младший сильно болен, — Птенчик аж поперхнулся от возмущения и резко выпрямился, готовясь отстаивать собственное происхождение но Куно его опередил. Стрельнув в сторону главаря глазами, младший терпеливо сжал зубы, позволяя тому договорить.

— Ну-ну, парень, не обесценивай моего Птенчика такими грубыми словами. Он тебя и больным пополам сломает.

С усилием зажмурившись, Птенчик согнал с глаз влажную пелену и исподлобья уставился на черного кота. Что ж, раз дамы поделили друг друга между собой, а Куно хочет развлечься с самым напыщенным индюком из этой компании, то ему остается лишь... Чужой младший. Птенчик надеялся, что свои дипломатичные порывы этот незнакомец сохранит и в бою, которого невозможно было избежать - в ответ одиночка тоже будет готов бить не в полную силу.

— А может просто кошки подерутся, а мы посмотрим? Чья победит — того и жрака.

Искренне приподняв брови, Птенчик с задором оглядел присутствующих - идея была хорошая! Если подерутся все вместе, то для прекрасных дам не останется никого из прекрасных котов, способных им помочь. Какое же в этом благородство? Лучше уж подраться им, а остальные предложат лапу помощи.

Тяжелая у кошек судьба, - пронеслось в голове кота, - хорошо быть котом.

Речи Киры лишь подтвердили мысли Птенчика. Они были настоящим олицетворением того, как несправедлива жизнь была к кошкам, нередко превращая их в суровых... В более суровых.

Шумно вздохнув, Птенчик бросил нарочито прохладный взгляд на Орешка, а потом вновь уставился на черного кота. Коротко задумавшись, он провел языком по клыкам и размял плечи.
Что ж.

- Твое предложение очень благородно, но информацией брюхо не набьешь. - подняв лапу, Птенчик когтем ткнул в сторону чужих территорий. - Стали бы вы так торговаться, если в полях есть нечего? Я бы на твоем месте не терял времени на разговоры.

И, почти неохотно, Птенчик занял боевую стойку.

Отредактировано Многоликий (13.07.2026 21:53:19)

Нет нет нет нетнетнет
все неправильно
почему его окружают идиоты? Одна Овсянница понимает, как лучше поступать. В любой другой день Болиголов, даже попытавшись пообщаться со вторженцами, давно бы стоял в боевой стойке, но сейчас..
Он уверен, что умереть в этой драке очень даже можно. А если не во время нее, то чуть позже - от нанесенных ослабленным организмам болезней. И есть ли разница,  кто умрет: он или этот тощий рыжий Птенчик?

защищайте племя!
Болиголов тихо рычит, устремив взгляд на лицо болезного мальчишки. К сожалению, никто больше не выступил против этого идиотизма. Внутри степного все взрывается от возмущения - он искренне не понимает, почему надо вести себя так, как ведут себя одиночки. При чем бывают же нормальные. А эти мало того выглядят, как плешивые собаки, так еще и в голове у них полчище мертвых мух, которые сыплются изо рта тем, что бродягами расценивается, как остроумие.

Болиголов бросается в драку следом за Желудем - на тычок в бок он не обиделся, но и мук совести перед старшим все еще не испытывает. Несмотря на болезнь, короткий быстрый рывок он сделать способен, и врезаться в Птенчика грудью тоже может, отделившись от Желудя на середине пути.

— Вы безмозглые глупцы, которым кусок жратвы дороже шкуры, — Болиголов обращается к Птенчику печально и раздраженно. Это не оскорбление, а констатация факта. Если в начале встречи черный привычно делал скидку чужакам, то теперь в нем рождалось презрение к ним и болезненная жалость.
Болиголов напрягает плечи и опускает голову, защищая худую жилистую шею.

Куно не ошибся, когда прибрал к себе в общество Киру. Ух, боевая самка - ничего не скажешь! В другой жизни, когда главарь захотел бы осесть и завести семью, он бы хотел себе такую подругу. Ну, чтоб лишний раз ничего не вякала, да когти не стеснялась обнажить. А каких бы отпрысков они смогли бы породить... Но это всё неважно. Куно не привык долго задерживаться с кошками - пару раз за титьку тронул, да в путь.

Жёлудь же тем временем вскипел, и бродяга издал очередной мерзкий ухмылистый смешок. Такого противника у Куно давно не было, ещё со времен похождений по ближайшим городским свалкам. Одиночка кратко обернулся в сторону напарников и убедился, что они все готовы драться. Даже молоденький Птенчик, у которого Куно большие планы - воспитает из пацана своего приспешника, поделиться мудростью, знаниями. Главное, чтоб не сдох сейчас.
- Красавица, - это он Жёлудю. - У тебя ж сейчас глаза кровью заплывут. Не рискуй, а... А то твоим котяткам папу хоронить... У тебя же есть котятки? Подумай о них сейчас...
Куно пригнулся ещё сильнее и изо всех сил напряг задние лапы.

К горлу подскочил неприятный плотный ком, и Куно сделал несколько глубоких вздохов, прежде чем Жёлудь успел на него напасть. Бурый вояка сделал это достаточно грамотно и вовремя - практически успел зацепить Куно своими тонкими коготочками. Главарь банды даже пошатнулся, но равновесие сохранил.

От таких шустреньких телодвижений перед Куно всё потемнело. Одиночка в панике несколько раз проморгался, а после взглянул Жёлудю прямо в глаза. Два огромных янтарных пятна горят злостью и смелостью. Возможно даже честью. Куно-то задел честь Жёлудя, да? Только вот у самого Куно чести нет - и это отличает его от племенных. Это делает его сильнее и ловчее, позволяя выходить из драк победителем гораздо чаще.

Куно срывается с места ещё более резко, чем это сделал Жёлудь. Со стороны кажется, что сейчас одиночка нападёт в лобовую, но в последний момент гадкий сорванец ныряет к лапам Жёлудя и впивается когтями в сухожилие, заставив бурого гиганта свалиться на землю.
- Я тебя сейчас захерачу, Жёлудь, - из пасти Куно стекают густые слюни, которые падают на грудь ветряка. - Я тебе клянусь. От тебя места живого не останется.
Одиночка ставит лапу на грудь соперника и оскаливает зубы, готовясь нанести последний удар.

Отредактировано Многоликий (14.07.2026 18:34:03)