— Должно быть, Речная предводительница назначила одиночку в свои помощники за особые заслуги, - Лазоревка чуть наклонил голову при взгляде на Сажу, и где-то в глазах у него мелькнуло тихое недовольство - говорила о нём кошка так, словно его не было рядом. Но до острословия Бурелома сумрачной было далеко как до луны, а потому кот только глубоко вдохнул и отвлекся на разгоревшийся Совет.
Ещё какое-то время он изредка поглядывал в сторону пестрой грозовой кошки. Но волновала его не она сама, а приблизившийся к её компании Лягушка, которого вскоре от глашатая скрыли спины других воителей. Невольно взглядом он потянулся и за Жаболапкой, и её компания ему понравилась куда больше, пускай кот и не слышал их разговоров.
Когда Терзающий Звёзды окончил свою речь, Лазоревка невольно коснулся краем глаза Хмуролики, а после перевел взгляд на скопление степных воителей на поляне перед Дубом. Неужели стычка на границах была настолько мелкой, что в глазах сурового предводителя не требовала внимания?
На голос Россыпи Звёзд глашатай обернулся почти сразу. В отличие от Терзающего Звёзды, который выглядел зажато и напряженно, речная кошка держалась на ветви уверенно, и её голос ни разу не дрогнул. Когда она опустила на него взгляд, глашатай очень медленно и почти незаметно для других кивнул ей в попытке осторожной поддержки.
— Воркотунья прошла обучение и заняла место полноправной целительницы Речного племени, — повернувшись в сторону юных целителей, Лазоревка вернул Воркотунье её одобрительную улыбку. Но когда его взгляд коснулся Горечи и Морозника, по морде глашатого скользнуло напряжение: рассказывала ли речная целительница им что-то? Или её тайну о сделке с Шершнем делили лишь они вдвоем? Невольно кот поднял глаза и к луне - та тяжелым ярким пятном нависала над Островом. Если бы предки были против её присутствия рядом с остальными целителями, они наверняка подали бы знак.
Россыпь Звёзд рассказала и о Чудище, и вместе с новостями Ветра слова Лугозвёзда об одиночках заставили Лазоревку слабо нахмуриться. Территории леса были огромны, и глашатай сомневался, что племена страдают от одних и тех же бродяг, но мысли об оставленным Двуногими мусором не давал покоя - он мог привлечь и тех, кто нарушал племенные границы, и тех, кто был куда более опасен.
— Целители Грозового племени завершили свою миссию: они передали ценнейшие знания вашим врачевателям. С тяжёлым сердцем вынужден сообщить, что Клюквы вскоре не стало.
Значит, во всех племенах не осталось ни одного целителя с учеником, - Лазоревка вновь повернулся к трём целителям. Череда смертей старших травников казалась почти подозрительной, и от этого осознания в груди что-то неприятно кольнуло. Самой старшей из всех них была Остроглазая, но и её отсутствие на Совете казалось Лазоревке недобрым знаком. Каждому из них стоило бы взять ученика, но в глазах кота даже посвященные целители выглядели ещё слишком юными. Радовало сердце глашатая только одно - объединенные похожими трагедиями, эти трое смотрелись вместе достаточно дружно. Значит, в случае беды они непременно смогут выручить друг друга.
— Одиночки могут стать серьёзной угрозой в этом сезоне. Я очень надеюсь, - ухо Лазоревки дернулись на слова Лугозвёзда. Он был готов подумать, что тот прочитал его мысли, и уже повернул к грозовому предводителю голову, - что ни в одном из племён опасность не притаилась в самом сердце лагеря.
Сначала Лазоревка моргнул, но когда взгляд Лугозвёзда коснулся его морды, брови глашатая поползли наверх, а вскоре вместе с ними дернулись и уголки его пасти. Ответить предводителю речному было нечего, кроме косоватой улыбки. Таким он был в его глазах? Лазоревка мог понять общее напряжение, обращенное к его прошлому и внешнему виду, но подобные слова - произнесенные перед всеми племенами, - словно ставили под вопрос здравость ума речной предводительницы. Какое-то время Лазоревка еще не сводил взгляда с Лугозвёзда, одаряя его не самой располагающей улыбкой, а после поднял глаза выше - к Россыпи Звёзд. Вдруг она не знала, что притаила у груди змею?
Последняя мысль Лазоревки была шутливой, но совсем не смешно ему стало, когда рядом с ухом раздался тяжелый голос Бурелома. Интересно, будет ли Совет и дальше прерываться через каждые два слова, чтобы кто-нибудь еще здесь смог его обсудить, - подумал кот, разглядывая профиль грозового глашатая. Ласточка тоже через это проходил? Или всё повышенное внимание успешно избежало бы Лазоревку, если бы в Речное племя он попал котёнком? Кроме того, Бурелом говорил так, словно Россыпь Звёзд готовилась отправиться к предкам с минуты на минуту сразу после своего посвящения.
После всего услышанного Затмение Звёзд показался Лазоревке самым благоразумным из соседей, и он с облегчением повел плечами. Впрочем, слова сумрачного предводителя о домашней кошке стали для речного очередным поводом удивленно приподнять брови - до этого момента ему казалось, что единственным местом для всех домашних было Пастбище, и территории Теней были от него далеки. Он бы удивился куда меньше, если бы Затмение Звёзд сказал о взрослой кошке, но посвященная в ученицы? Неужели она проделала весь этот путь одна? Или, что еще хуже, собственные Двуногие бросили её в лесу? Покосившись на Сажу, Лазоревка с интересом взглянул на её реакцию, пока на собственной морде у него промелькнула тень сочувствия к неизвестной ученице.
— И раз уж речь зашла о границах, Лугозвёзд, есть ещё одна вещь. Мне сообщили о недавней встрече Морозника с вашим оруженосцем Бурьяном. Насколько я понял, разговор оказался достаточно напряжённым и в какой-то момент дошёл до попытки напасть на целителя.
О как, - многозначительно подумал Лазоревка и, не скрывая осуждения на собственной морде, повернулся к Бурелому. Конечно, одиночка-глашатай мог быть угрозой для своего племени, но нападение на чужого целителя? Как давно у грозовых когти веером?
Совет продолжился. Вид Терзающего Звёзды в какой-то момент вызвал у Лазоревки подозрение и, сквозь Хмуролику, он вгляделся в Воркотунью - она ведь тоже это видит? По началу вид предводителя можно было списать на долгий путь и усталость, однако с каждым новом словом крапчатый кот выглядел все более неважно. Вспомнил бы он о стычке, если бы не выкрик одного из соплеменников?
Пока Лазоревка пытался разглядеть в толпе кота, недовольно напомнившего всем присутствующим о случае на границах, голоса с той стороны Острова становились всё громче, пока не превратились в отчетливое шипение. За ними последовал вопль, а следующее дальше заставило речного резко подняться с места. Он не сдвинулся с него ровно до тех пор, пока не разглядел среди отступивших от драки Алтея на земле, которого степной воитель покрывал ударами. Но, сделав один шаг, Лазоревка осторожно покосился на Россыпь Звёзд, словно спрашивая её согласия.
- Ну-ка пошли, - Хмуролика тяжело коснулась его плеча своим, и погорелец тут же последовал за ней, пока его шерсть все сильнее вставала дыбом с каждым шагом. Чем ближе они подходили, тем быстрее становилась походка Лазоревки, а когда пятна крови на шерсти Алтея показались совсем рядом, он нахмурился и остановился за спиной Щебета.
Взгляд бывшего целителя быстро заскользил по соплеменнику - от кровоточащей щеки к ране на лапе, а потом по телу кота. Пышная шерсть и выступившая кровь скрывали глубину ран, и оценить состояние кота подробно было сложнее, чем Лазоревке хотелось бы. Выдохнув через нос, глашатай наконец взглянул на степного воителя спокойным холодным взглядом.
Алтей мог озвучивать свое возмущение на весь лагерь, мог считать назначение Лазоревки ошибкой Россыпи Звёзд и вполне справедливо сомневаться в том, что бывший целитель способен быть глашатаем - Лазоревка всё еще сомневался в этом и сам. Но, в самую первую очередь, он был его соплеменником, на которого несправедливо напали посреди Совета.
— Хватит, — негромко произнес он и, обойдя степного, приблизился к речному воителю. Даже когда Щебет уже отстранился, Лазоревка не сводил с него внимательного взгляда. - Алтей, Воркотунья осмотрит тебя. Хмуролика, передайте Остроглазой, что Щебету не помешает горсть маковых зёрен, - уже громче произнес он.
Повернувшись к Алтею, Лазоревка какое-то время молча смотрел на него, надеясь, что все свое внутреннее возмущение соплеменник пока прибережет на другое время. Шкура Щебета была целой, и отсутствие ран у степного воителя говорило само за себя.
- Мы обсудим с тобой это позже.
Лазоревка собирался сказать что-то речному воителю, но внезапно опустившаяся тень на морду Алтея заставила его нахмуриться. Медленно подняв голову, глашатай замер - тучи потянулись к Луне, постепенно скрывая её светлый лик ночной мглой. От этого зрелища уши погорельца невольно опустились к затылку.
