06.09 // Обновление дизайна Дизайн форума обновился к осени! Можно как поставить тёмную версию, так и вернуть оформление любого другого сезона с помощью кнопочки в левом верхнем углу сайта.
01.09 // Активисты августа Голосование завершено! Были объявлены результаты.
01.09 // Чистка Состоялась ежесезонная чистка.
Warrior Cats: The Voice of Memories |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Warrior Cats: The Voice of Memories » Племя Ветра » Нора старейшин
локация
травы
[indent]Под одним из жёлтоцветных кустов скрывается старая нора, превратившаяся в идеальное убежище для старейшин племени Ветра. Ветви утёсника слегка покрывают вход, создавая уютную тень и чувство защищенности.
[indent]Когда-то здесь обитал крупный зверь — ходят слухи, это был барсук — и его нора, глубокая и просторная, теперь служит подходящим местом, чтобы впитывать в свои стены сказы о великих похождениях прошлого.
зима | весна |
лето | осень |
/действие происходит во время скипа после смерти Жучишки и Белошейки, но до начала квеста "Акела промахнулся"/
Спасибо Звёздам, дарящим ясный день для сознания Зайцезвёзда! Каждый из них был дороже самой сочной дичи и слаще самого ароматного воздуха пустошей. Будучи относительно выспавшимся - старику сна было нужно мало, но когда его не тревожили боль или кошмары, вероятность проснуться в своём уме была на порядок выше - и только что хорошо пообедавшим, Зайцезвёзд бездумно слонялся по лагерю, гадая, куда применить свою редкую теперь работоспособность. В патрули ему было нельзя, на охоту - тем более. С утра он успел проведать малышек Клённицы, потом вздремнул немного на слабом солнышке, грея кости и суставы, и ближе к середине дня обнаружил, что лапы повели его к старейшинам. Захотелось узнать, как они там? И не сталкиваются ли они с той же напастью, как и сам Зайцезвёзд? Только выяснить это хотелось аккуратно, чтобы не давать лишних поводов для пересудов - хотя предводитель был достаточно умён, чтобы понимать, что старейшины, внимательные и опытные, наверняка заподозрили неладное. Чем им ещё заняться, кроме бесконечного наблюдения за окружающими?
"Чеснок. Никто не взбодрит меня лучше, чем этот кот. И никто не скажет правду откровеннее, чем он," - решил Зайцезвёзд, следуя знакомым маршрутом. Однако в пещере никого не было - все старики выбрались на нагретые последними лучами камни и теперь дремали и вылизывались. Среди пушистых пыльных шкур Зайцезвёзд разглядел и Чеснока, храпящего так, что слышали его даже кроты под землёй. С улыбкой покачав головой, Зайцезвёзд не решился вторгнуться в их разнеженный круг. Хотелось поговорить один на один по душам, но день был выбран для этого неудачный.
Палатка старейшин смотрела на него тёмным зёвом. Любопытство потянуло Зайцезвёзда внутрь всё равно - просто осмотреться. Прикинуть, какой была бы его жизнь, если бы он добровольно покинул свой пост.
Внутри было тепло и затхло, однако подстилки были свежими - наверняка оруженосцы потрудились с утра, какие молодцы. Зайцезвёзд присел около той, что пахла Чесноком, и опасливо повертел головой. Значит, вот с какой перспективы видят мир те, кто лишён привычных воинских забот? Когда-то здесь был и Песчаник, но он умер несколько лун назад, уйдя в Звёздное племя практически одновременно со своей старушкой-подругой. Вздохнув, Зайцезвёзд прикрыл глаза, пробуя жизнь старейшины на минималках.
← Скип между смертями Белошейки и Жучишки - и квестом "Акела промахнулся"
— Попался! — с торжествующей улыбкой в голосе шкодливо произнесла Хмуролика прямо у него за спиной.
Издалека она видела, как Зайцезвёзд неприкаянно шатается по лагерю, и думала: чем-то хочется его занять. Но к какому делу пристроить заострившегося косточками, поседевшего от переизбытка собственной мудрости старика? Не вышло бы даже пригласить его на прогулку: Хмуролика опасалась звать Зайцезвёзда за пределы лагеря. А здесь, в самом его сердце, предводитель давно знал каждый камушек и каждую веточку, и тяжело было смотреть на то, как он ищет себе место — и не находит.
Но вот он с умыслом отправился в нору старейшин — и Хмуролика, конечно, пошла за ним. Из любопытства и тревоги одновременно: ей не нравилось, как отчётливо в движениях Зайцезвёзда виднелась слабость. Как часто что-нибудь у него болит? Тревожит ли его выпавший клык? А лапы, ломит ли лапы, сводит ли? Может, он чаще стал мёрзнуть?.. Ей было тревожно. Хотелось знать всё — и вместе с тем остаться в неведении.
Совершенно Хмуролика не готова была променять образ, сохранённый в памяти, на тот, в котором Зайцезвёзд был теперь. Она помнила его сильным. Стройным и поджарым, а не худым. Помнила его взгляд: блестящий гордостью и воодушевлением, а не померкший, иногда даже растерянный. Помутневший...
Помнила, что звёзд на себе он носил гораздо меньше.
Теперь они тянули его к земле. Ослабевшая медная спина прогибалась под их тяжестью, зябкие плоские плечи перекатывались под потончавшей кожей с каждым нетвёрдым шагом.
И вот он сидел тут. А она его тут поймала.
Хмуролика замерла в проходе, закрывая его почти целиком своим небольшим, но очень пушистым телом. Взмахнула хвостом, и тень от него скользнула по Зайцезвёзду. Напускное торжество едва держалось на Хмуролике, как чужая шкура, и норовило соскользнуть, но воительница старалась не подавать виду. Ощутив, как к горлу подкатил ком по-детски глупых, непрошеных слёз, она улыбнулась шире и осторожно спросила:
— Ну... как твои предводительские дела? Делаются по-предводительски?
Отредактировано Хмуролика (21.03.2026 01:20:35)
Он почти задремал незаметно для самого себя, как вдруг...
— Попался! - чей-то окрик заставил Зайцезвёзда вздрогнуть, разлепить мутные с полусна глаза и повернуться. Расплывчатый бурый силуэт помахивал хвостом и пах очень знакомо.
- Ась? Что? Кто здесь? - прохрипел он, пока зрение восстанавливало чёткость. Предводитель потряс головой. - А... Хмуролика, - голос немного окреп и потеплел - он был рад видеть свою бывшую ученицу бодрой и сосредоточенной. Только вот зачем она пришла сюда? Неужели следила за ним? Ещё пару лун назад он бы возмутился такому соглядатаю, но теперь не мог ничего противопоставить стремлению соплеменников сохранить его безопасность. Поэтому Зайцезвёзд лишь вздохнул и потянулся, думая, что бы ответить на её невинный вопрос. Она любила поддразнить его и всякий раз Зайцезвёзд отвечал ей на подначки в своём неутомимом стиле, но сейчас, когда оптимизм померк, было трудновато держать планку. - Да как бы тебе сказать. Бывало и лучше, - сухо уронил Зайцезвёзд, вытягивая перед собой тощие седые лапы. - Ноги почти не держат. Болят почки, болят суставы. Зубы крошатся. Шерсть выпадает. Сердце пошаливает, про голову вообще молчу. Ты это хотела услышать? - осведомился он излишне резко, не так, как обычно общался с ней - с жизнелюбием, терпением и стойкостью к любым невзгодам.
Впрочем, когда сонное марево удалось стряхнуть и втянуть немного воздуха, старик смягчился.
- Уж извини моё ворчание. Всегда думал, что старики делают это просто из вредности, сам обижался, особенно когда отец занемог. А теперь понимаю - не из вредности, а из-за того, что жизнь ускользает из их лап, как песок, - пробормотал Зайцезвёзд, виновато уронив голову. Хмуролика не заслуживала его резкости. Она любила его, а он любил её, поэтому постарался сгладить свой тон, как мог.
Внезапный норов Зайцезвёзда вырвал из Хмуролики смешок неожиданности.
Может, у него действительно были так плохи дела, как он перечислил — Хмуролика готова была в это поверить. Она бы даже приписала что-нибудь ещё, иначе список был как будто неполный... Но самое главное, что она для себя выделила: голосом своим Зайцезвёзд всё так же владел хорошо.
Она приподняла брови, со скептичной улыбкой слушая тираду. Хвост её покачнулся в задумчивости: ничего себе, это вот настолько дедуля недоволен её любопытством? Что ж, приятно знать, что хоть в чём-то он не растерял свои силы.
В сопротивление попыткам за ним поухаживать он эти силы вкладывал с особым тщанием! Пусть даже его глаза затуманены были от старости, а всё равно в них нет-нет да вспыхивал тот самый азарт, который когда-то заставлял Зайцезвёзда нестись по пустоши быстрее ветра. Сейчас этот азарт превратился в вялое, ворчливое сопротивление, но Хмуролика, видя и слыша его, осторожно улыбалась: пока ворчит — не сдаётся.
— Ну, если честно, это не совсем то, что я хотела услышать... — призналась она, но продолжать пока не стала.
Хмуролика нырнула в полутьму норы старейшин, чтобы приблизиться к Зайцезвёзду. Мягко боднула его в плечо, стараясь не задевать острые косточки, и прищурилась, склонив голову вбок.
— Прячешься? — обвела хвостом палатку, а затем взглядом — её тёмный свод. Принюхалась к запахам подстилок.
Здесь, в тишине, дыхание Зайцезвёзда казалось громче, а хрупкость — очевиднее, но Хмуролика намеренно не смягчала голос до жалостливого. Ему, вестимо, дичайшим образом такое не нравилось, а она пришла сюда не злить его — совсем наоборот. Скорбящих вокруг и так полным-полно, так что она его щадить не будет.
— Тут пахнет пылью и вчерашним днём. Лучше бы на солнышке погрел свои суставы, раз болят... — нос Хмуролики коротко дёрнулся. Она прилегла между подстилок и притянула поближе хвост, чтобы не зацепить им чью-нибудь моховую подкладку. Взглянула на Зайцезвёзда снизу вверх. — Ты зря думаешь, что я жаждала услышать о том, как тебе плохо. Я хотела услышать правду, даже если она будет неприятной и тревожной. Услышала. И знаешь что? В твоей правде нет ничего постыдного. Почки, суставы... это цена, которую ты платишь за нас всех. Слишком высокую цену — так я иногда думаю.
Вздохнув, Хмуролика отвела взгляд. Не совсем то, что она хотела сказать... и, наверное, совсем не то, что Зайцезвёзд хотел бы услышать. Но он начал первый: видимо, что-то такое предводитель обдумывает день ото дня, и с каждым разом всё труднее ему принимать свою правду, жить с ней. Хмуролика когда-то обещала ему, что поможет носить тяжёлые звёзды, когда вырастет. И она не врала: всегда старалась быть рядом, когда он в ней нуждался. Сейчас, наверное, Зайцезвёзд нуждался в ней и её компании меньше всего, но Хмуролика эгоистично подумала: "Зато он нужен мне. Сейчас, потом. Всегда был нужен. Пусть хоть изворчится до полусмерти, не уйду, пока не прогонит".
Отредактировано Хмуролика (22.03.2026 19:46:31)
Наивно было думать, что она отпрянет и отстанет. Хмуролика упёртая - точно сказывалась кровь её несносной бабки. Поэтому Зайцезвёзд и не думал о таком, а смирился с тем, что бывшая ученица захочет по-свойски позаботиться о нём. Часть личности, та, что была не менее упёртой и бунтарской, призывала нарычать на неё, надавить авторитетом или вовсе обидеть, прогнав. Другая часть, что являла собой милосердие и дружелюбие, напоминала, что порывы Хмуролики были продиктованы её любовью и заботой. Обе чаши весов качались, старательно набирая очки новыми доводами, и в конце концов с небольшим перевесом победу одержала "хорошая".
- Не прячусь. Разведываю, - пояснил предводитель с неким апломбом, чтобы она и не смела думать о том, что он тут затихарился, как старый крот. Захотел бы спрятаться - сделал бы это у себя в просторных покоях, которые продуваются лучше, чем обиталище старейшин. - Хотел поболтать с Чесноком о старости, но у него есть более важные дела, - добавил Зайцезвёзд, неохотно пододвигаясь, чтобы Хмуролика устроилась поудобнее, раз её сюда-таки притащило. - На солнышке я уже грелся, как же. Думаешь, я такой глупый? Нет, милая моя, этим важным делом я занимался, пока остальные работали на благо племени, - проворчал бурый, лизнув костлявое плечо. Нет, этой шубе уже не поможешь, даже если собрать стаю ухаживающих. - Но я рад, что ты пришла. Немного, но рад, - он позволил себе слабую улыбку. - Немного, потому что не хочу, чтобы ты, особенно ты, видела, как тяжко даются мне эти луны. Видела вблизи, - добавил он, с неким стыдом оглядывая своё немощное тело. Пусть дух его сохранял осколки молодости и призывал нестись вскачь, лапы и туловище уже не могли этого позволить.
- Это так мерзко и грустно, что иногда мне охота орать и брыкаться. Если бы старость была котом, я бы уже хорошенько ей напинал, - с оттенком насмешки и мстительности пробубнил Зайцезвёзд. - Но увы, я уже даже крольчонку напинать не в состоянии. Не то чтобы нужно было пинать крольчат. Не занимайся этим даже в самые неприятные для себя периоды, пожалей малышей, - усмехнулся старый кот, пошевелив ломкими усами. - А теперь переставай ломать комедию и говори, зачем ты меня искала. Не слишком часто ты в последнее время искала моего общества, - несколько обиженно произнёс Зайцезвёзд, как часто бывает со стариками, которым гордость не позволяет признаться в желании любви и внимания.
— "Немного, но рад", — передразнила Хмуролика и беззлобно фыркнула. Вот же несносный старикан. Нет, пока он шутит — определённо не стоит списывать его со счетов.
Она махнула хвостом вверх-вниз, показывая, что оценила колкую шуточку, но пока огрызаться на неё в ответ не стала.
— Вообще-то, я за тобой частенько посматриваю, если ты не заметил, — ответила мстительно и показала Зайцезвёзду язык. — Но издалека. А то вот так приду к тебе, а ты мне "немножко" рад. Хотелось бы, чтобы очень и очень множко. С чего ты взял, что я пришла к тебе с каким-то делом?
А дело-то, прямо сказать, действительно было, просто Хмуролика очень слабо представляла себе, как ей к этому делу подступиться. Может, будь Зайцезвёзд в более здравом расположении духа, она бы выдала ему всё, как думает, но сейчас... ну, наверное, стоило его немного пожалеть.
"Или вовсе не буду говорить?" — Хмуролика задумчиво зависла на пару мгновений, затем сморгнула пелену с глаз и снова поглядела на Зайцезвёзда снизу вверх. Старенький. Какой же он... старенький.
— Просто переживаю, что будет дальше, — с внезапной серьёзностью сказала Хмуролика то, что не смогла удержать за зубами. Почему-то неприятная или тревожная правда срывалась с языка гораздо легче, чем какая-нибудь забота и в целом добрая мысль. — Всю жизнь привыкла полагаться на твоё мнение о будущем, а теперь мне страшно в него заглядывать даже через твоё плечо. Вдруг там что-то... такое, с чем тяжело будет смириться.
"Переживаю, что будет дальше с тобой. И со мной. Когда-нибудь Звёздное племя заберёт твою боль, но мою оставит мне, пока не придёт мой черёд уходить. Как долго будет болеть?.."
Поддавшись детскому порыву, Хмуролика поднялась с земли и непримиримо обняла Зайцезвёзда лапами, подтягивая к себе поближе и положив подбородок на острое плечо. Ей хотелось, как котёночку, навалиться на него и спрятаться под его лапами, как в былые времена ученичества, но так теперь было нельзя: Зайцезвёзд нуждался в её защите больше, чем она — в его. Хмуролика поджала губы.
— Ты сейчас, наверное, очень много думаешь, — пробормотала негромко. — Потому что особо больше нечем тут заняться... Скажи: ты доволен тем, как прожил свои восемь жизней?
Отредактировано Хмуролика (04.05.2026 14:35:52)
Ох и заноза эта Хмуролика! Как он её ни воспитывал, кровь - не водица, и укротить строптивый нрав бурой кошки было, наверное, не по силам никому. Но Зайцезвёзд научился с этим жить и даже испытывал мазохистское удовольствие, когда она задевала его. Ему всегда нравились кошки со стержнем, хотя Хмуролика годилась ему во внучки и в этом смысле она симпатизировала ему как-то по-родственному, хоть родственницей его и не была. Отчасти она была ему ближе, чем некоторые члены семьи, поэтому он лишь гневно пропыхтел что-то нечленораздельное, но Хмуролику таким было не взять.
- Ладно-ладно. Рад множко! - он показал ей язык в ответ и боднул головой в плечо. - Ишь какая выросла, дерзит и дерзит! - но глаза его улыбались, ведь рядом с Хмуроликой на него накатывали покой и тепло, которых он зачастую был лишён во время бытности предводителем. Сколько же лун он правил? Уже и не вспомнить самому, и Зайцезвёзд не удивился бы, если бы был самым долгоживущим предводителем за всю историю племени Ветра. Достижение так себе, учитывая, сколько боли, скорби и неприятного опыта несло с собой долгожительство.
- Думаешь, я не переживаю? Может, я поэтому так долго и прожил - на энергии чистого переживательства, - хмыкнул кот, дёрнув ухом. - Но выбора-то у тебя особо и нет. Я не вечен, пусть в молодости мне казалось иначе. С меня сыпется и песок, и те звёздочки, что возложило на меня небесное воинство, - вздохнул старик как-то особенно печально. И помолчал. Когда пауза затянулась, он всё-таки нашёл слова.
- Я знаю, Хмуролика, страшно и больно терять близких. Но это неизбежно, это часть нашей жизни. И когда я умру... Тебе придётся учиться жить по-новому. Волчеягодник не будет сидеть сложа лапы и начнёт строить свою политику. Какой она будет - уж не знаю, но надеюсь на его благоразумие, коль изменить я ничего уже не в силах, - он обвил её спину тощим увечным хвостом, давая понять, что он всё ещё здесь, рядом с ней. - Но ты можешь влиять на благополучие нашего племени. Ты же старшая воительница, как-никак. И воспитал тебя я. Как бы ты ни сопротивлялась, а влияние моё-таки налипло, глупо это отрицать, - тепло проурчал он, заглядывая бывшей ученице в глаза. - Зная, что тебе не всё равно, мне становится немного спокойнее. И смотри, - он шутливо сострожился. - Я буду наблюдать за тобой каждый день, и если мне не понравится твоё поведение, какой-нибудь случайный камушек вдруг вылетит тебе под лапы и заставит неприятно шлёпнуться на морду, и причастен буду к этому я. Или нет, не каждый, но ты не будешь знать, когда именно я решу взять выходной, поэтому на всякий случай всегда веди себя хорошо.
Привычная шутка должна была немного расслабить её напряжённые плечи, но пока этого не произошло, но только потому, что она поднялась и обняла его, и Зайцезвёзд с любовью уткнулся в её плечо, ощущая, как в глазах собираются слёзы. Как бы ему хотелось пройти этот путь до конца рядом с ней, подставляя своё плечо, но время не щадило, и теперь он был вынужден искать утешения в её объятьях, сентиментально всхлипывая. Когда порыв Хмуролики утих, кот тоже отстранился, ненадолго задержав взгляд на влажных пятнах, оставшихся на полосатой шерсти воительницы.
- Ну всё, поплакали и будет, - фыркнул Зайцезвёзд, стирая оставшиеся слёзы собственной лапой. - Доволен ли я? Вполне. Хотя бы потому, что сумел подарить племени Ветра такую замечательную воительницу, как ты. И многих других, но ты - моя любимица, и бесстыдно этим пользуешься, маленькая заноза, - он шутливо ткнул её лапой в нос, обнадёживающе мурлыкая. - За время моего правления наши коты не знали голода и длительных войн, а племя сумело окрепнуть и разрастись. Теперь ты, наравне с другими, будешь поддерживать то, на что я не пожалел своих жизней. Обещаешь, что не подведёшь меня?
— Обещаешь, что не подведёшь меня?
Хмуролика зажмурилась, и две слезинки скатились по её щекам, спрятавшись в светлой шерсти. Вот ведь старый пень! Сказал так, будто она могла теперь ответить что-нибудь другое. Будто после всех лун, прожитых под его взором, у неё оставался выбор: подводить его или не подводить... В чём бесконечно хорош и раздражающ был Зайцезвёзд — так это во всезнайстве, конечно, и в удивительной способности почти всегда оказываться правым.
И ведь однажды он действительно исчезнет. Не сегодня, потому что сегодня Хмуролика ему это запрещает. И не завтра. Желательно вообще никогда, но даже её упрямства на такую просьбу Звёздному племени не хватило бы. Когда-нибудь это случится, это будет неминуемо и больно, и ей понадобится много сил, чтобы пережить тяжелейшую для неё утрату. Она не знала мира без Зайцезвёзда. Что будет, когда узнает?..
Исчезнет Зайцезвёзд — но останется его племя. Останется ветряная пустошь, истоптанная его длинными лапами вдоль и поперёк, останутся коты и кошки, которых он столько лун водил за собой, останутся его решения (хорошие и дурные), останутся воспитанные им ученики, хранящие вложенную им в голову зайцезвёздную мудрость.
Наверное, это и было самым неприятным открытием за весь разговор: Зайцезвёзд однажды уйдёт, но всё, что с ним связано, никуда вместе с ним не денется. Останется ей.
— Обещаю, — тяжело вздохнула Хмуролика. Так, словно он её заставил (а так и было). — Но только не рассчитывай, что прямо с сегодняшнего дня я начну вести себя, как ты выразился, "хорошо". Я была хорошей, послушной Хмуролапой много лун. Слишком многого ты от меня требуешь, старик. Знаешь же, я этого не люблю.
Она ему улыбнулась: криво из-за накативших слёз, но всё-таки совершенно искренне.
— И если после твоей смерти я хоть раз навернусь с какого-нибудь камня посреди наших ровных пустошей, клянусь тебе, Зайцезвёзд, я найду способ прийти в Звёздное племя, чтобы укусить тебя за ляжку в отместку. Так и знай. Запомни!
Хмуролика легонько боднула предводителя лбом в лоб, задержавшись так на несколько мгновений. Больше ей не хотелось говорить о смерти: они и без того наговорили на эту тему достаточно, будто оба заранее пытались прожить то, чего ещё не произошло. Хмуролике стало до смешного жалко тратить на такие разговоры время, пока Зайцезвёзд был здесь, ворчливый, костлявый и старый, но совершенно точно живой. Может, он думал сейчас, что таким она его и запомнит: дряхлым и слабым, горбатым от усталости, насквозь больным старым котом.
Но Хмуролика будет помнить его крепким и высоким, ехидным зазнайкой, что когда-то с лёгкостью умудрился найти ключик к её сердцу. Зайцезвёзд из её детства носил на себе сотню звёзд, никогда не уставая от тяжести своей ноши, и таким он останется в её памяти навсегда.
— Пошли отсюда, — решила Хмуролика, отстраняясь и вставая на все четыре лапы. Шмыгнув носом, она привычно скривилась в недовольстве и покосилась на продавленные стариковские подстилки. — Тут воняет вчерашним днём, а ты у нас пока сегодняшний, так что давай. На свежий воздух, на солнышко... Кости у тебя торчат, чуть мне глаз плечом не выколол! Хочешь, выберу тебе из кучи с дичью мышку пожирнее?
Она протиснулась к выходу, но почти сразу остановилась и оглянулась, ожидая его. Не торопила и не предлагала помощь, которой Зайцезвёзд не просил, только осталась рядом, чтобы при необходимости подставить плечо. Так, как всегда делала. Так, как готова была делать ещё долгие луны, лишь бы он не оступался так болезненно и необратимо.
→ закрытие разрыва
Отредактировано Хмуролика (06.09.2026 22:05:48)
Не сегодня ему было суждено умереть - и Зайцезвёзд, верный данному себе обещанию, до самого конца собирался быть с племенем, жить ради племени, думать о племени, вести племя, даже не в самом прямом смысле, не лично, а идеологически, на тех принципах, что он взрастил в племени Ветра. По-настоящему он будет мёртв, когда последний кот в племени забудет, каким он был предводителем и каким племя было при нём - но пока были живы Хмуролика, многочисленные потомки семьи Зайцезвёзда, его сестёр, составляющие массив едва не в треть племени, другие преданные сторонники его взглядов - был жив и Зайцезвёзд.
- Ты хорошая кошка, Хмуролика, и неважно, сколь колючей ты бываешь большую часть времени, - непостижимым образом он улыбнулся одними лишь усами, густыми и ломкими. - Можешь начинать с завтрашнего дня, так и быть, - не удержался он от встречной подколки шуточной угрозы. Они оба были трогательно-уязвимыми в этот момент, но момент прошёл, и останется навсегда лишь между ними двумя.
- Я найду способ прийти в Звёздное племя, чтобы укусить тебя за ляжку в отместку.
- Да брось, - фыркнул Зайцезвёзд с максимумом пренебрежения. - Тебе ни за что не угнаться за мной - в Звёздном племени оказываются на пике формы, а уж поверь, догнать тогда меня не мог ни один кот, не сможет никто и на небесных угодьях. Разве что Ветряная Звезда. Любопытно будет погоняться с первой предводительницей, - задумчиво произнёс бурый, дёрнув ухом.
Духота старческой палатки стала его утомлять и навевать дремоту, поэтому кот с энтузиазмом принял предложение воительницы проветриться и последовал за ней, едва она поднялась. Хмуролика покинула палатку старейшин первой и выжидательно уставилась на него на пороге. Но Зайцезвёзд не хотел ускоряться и поспевать за ней. Теперь ему было тяжело подниматься, но не настолько, чтобы опираться на чужие плечи. Пока лапы держат, пока скрипят суставы, он способен встать на лапы с достоинством. И пусть весь мир подождёт.
- Только если ты разделишь пищу со мной, - распорядился Зайцезвёзд, бескомпромиссно ведя Хмуролику к куче с добычей. - И, раз со старейшинами я поговорить не успел, расскажешь свежие сплетни в лагере.
-> Закрытие разрыва
Вы здесь » Warrior Cats: The Voice of Memories » Племя Ветра » Нора старейшин
