— И ты молчала!
Хмуролика вздёрнула брови, но безо всякого удивления. "Да будет тебе известно, что я сама узнала об этом поздно ночью, — подумала она назидательно. — Может, подойди ты спросить, как себя чувствую я, а не только Терзающий Звёзды — я бы сдалась да рассказала сразу, и ты бы всю оставшуюся ночь до рассвета мучилась размышлениями. Я тебя пожалела, глупая".
Ещё несколько мгновений назад Хмуролика с тревогой на сердце следила за тем, как Остроглазая едва не рассыпается у неё на глазах, а теперь с недоумением наблюдала, как целительница вскочила и возбуждённо меряет поляну шагами. В зелёных глазах снова появился живой блеск, голос окреп, хвост метался из стороны в сторону: глашатая даже успела порадоваться этому чудесному воскрешению. Но радовалась она ровно до тех пор, пока Остроглазая не открыла рот снова. Слушая её, Хмуролика медленно прижимала уши к затылку: с каждым словом всё плотнее.
— ...не строй мне препятствий, — она промолчала. — ...а ты сомневаешься? — втянула обратно когти, подключила дыхательную практику, чтобы не ответить как-нибудь неприятно. — Ты не остановишь меня.
Хмуролика ощетинилась.
— Нет.
Одно короткое слово оборвало пламенную речь воодушевившейся Остроглазой почти сразу после упоминания Зайцезвёзда. Хмуролика посмотрела на неё исподлобья, всё ещё сидя на месте, но от недавней мягкости в ней не осталось и следа: злость, которую Хмуролика нащупала внутри себя, нашла себе применение.
— Я не сомневаюсь, Остроглазая, — отчеканила она, дёрнув кончиком спутанного колтунами хвоста. — Я остерегаюсь последствий. Потому что это моя работа. Моя ответственность перед племенем. И пока Терзающий Звёзды лежит там, — короткий взгляд метнулся к палатке предводителя, — я решаю, что для нас полезно, а что — опасно!
Она поднялась.
Слова про Зайцезвёзда остались без ответа намеренно. Хороший был приём, ничего не скажешь. В другое время Хмуролика, может быть, даже оценила эту находчивость, но сейчас ей не понравилось.
— С каких пор тот, кто врачует, не может причинить вреда? — она склонила голову набок, поглядев на Остроглазую с откровенным недоверием. Уж кому-кому, а ей следовало понимать, насколько глупо это прозвучало. До жути наивно! До безобразия.
Хмуролика ещё могла допустить, что Саломея действительно пыталась кого-то лечить. Могла допустить даже то, что она знает о хвори больше них. Но между этим — и готовностью поверить незнакомой бродяге существовала ТАКАЯ огромная пропасть, что прыгать через неё вслед за Остроглазой глашатая не собиралась. Особенно сейчас.
Перед глазами против воли возникла Овсяница: растерянная, вся в чужой крови. Потом — усмехающиеся чёрные силуэты, со сверкающими глупой кровожадностью глазами. Слова Лугозвёзда снова прозвучали в голове. Нужно быть осторожными. Всё это неспроста.
— Ты знаешь о ней ровно столько, сколько она решила рассказать Перьелапке, — продолжила Хмуролика уже спокойнее. — Что она лекарка. Что лечит больных. Что знает, откуда взялась хворь. Всё. Мы даже не знаем, правда ли хоть одно слово.
Наверное, на этом стоило остановиться, но Остроглазая посмела угрожать ей, и это Хмуролика тоже не оставила без внимания. Несколько мгновений она смотрела на упёртую в своей слепой вере целительницу, соображая, насколько далеко та действительно готова зайти в своём внезапном приступе самостоятельности. "Судя по морде — очень далеко".
Хмуролика прикрыла глаза.
— И никуда ты не пойдёшь одна! — добавила она таким тоном, будто объясняла котёнку очевидные вещи. — Одурела ты, что ли? Даже не начинай. Я не собираюсь отпускать нашу единственную целительницу неизвестно куда, неизвестно к кому, когда половина наших сильных воинов не может даже на лапы подняться. Восхитительная идея — манипулировать мной, Остроглазая. Хочешь, чтобы я тебя за лапу привязала вереском к целительской палатке? Меня долго уговаривать не надо, ты меня знаешь, я привяжу.
Угроза Остроглазой неожиданно решила спор лучше любых других доводов: отпускать её одну было нельзя, а следить за ней круглосуточно было бесполезно, всё равно ведь слиняет. Кажется, хворь затронула и её, только немного в ином плане: давила психически настолько, что Остроглазая готова была пойти на риск и пожертвовать собой, лишь бы узнать, как её лечить.
Хмуролика раздражённо дёрнула хвостом.
— Пойдём к Саломее вместе, — слова едва не застряли поперёк горла, пришлось протолкнуть лёгким кашлем. — И поговорим. Именно поговорим! — уточнила сразу, предупреждающе нахмурившись. — Если она действительно знает, чем лечить эту дрянь, пусть рассказывает. Но доверять ей только потому, что она назвалась лекаркой, я не собираюсь. И тебе не позволю.
Выдержав короткую, красноречивую паузу, Хмуролика мрачно добавила:
— Особенно после заявления, что ты пойдёшь искать её одна, — фыркнула и отвернулась, вновь посмотрев на палатку Терзающего Звёзды.
Прескверно всё получалось.
Предводитель умирал, и умирать ему могло быть отведено все девять раз. Половина племени болела, вторая рисковала заразиться тоже. Единственная целительница решила отправиться на поиски спасительной одиночки, а сама Хмуролика теперь собиралась ей в этом помогать, хотя всё её естество сотрясалось от внутренних противоречий и нежелания надеяться на помощь посторонних.
О, Зайцезвёзд наверняка гордился!.. Вот только если он сейчас действительно наблюдал за ней откуда-нибудь со своей Звёздной высоты, то мог бы заодно подсказать, когда именно её жизнь успела превратиться в такой балаган. И, заодно, указать верный путь. Хотя бы намекнуть.
— Ладно, — сдалась Хмуролика окончательно и закатила глаза. — Есть ещё дела.
Не дав себе времени передумать, она направилась к Валуну Собраний и, оттолкнувшись затёкшими лапами от земли, одним прыжком оказалась наверху. Отсюда поляна выглядела ещё паршивее: зияющий проталинами снежный наст, уставшие, болезненные морды.
Поморщившись, Хмуролика зычно провозгласила:
— Все коты, способные охотиться самостоятельно, соберитесь у Валуна собраний!
Дождавшись, пока вокруг соберутся хотя бы те, кто способен выползти из палаток и посмотреть на неё осмысленным взглядом, глашатая заговорила:
— Я буду коротка: хороших новостей у меня всё равно немного. Совет закончился раньше времени, потому что двое воителей из разных племён забыли о священном перемирии и устроили потасовку. Речное племя успело объявить о смерти Звёздного Края: теперь их предводительница — бывшая глашатая Щука, ныне — Россыпь Звёзд. Её новый глашатай — Лазоревка, которого на прошлом Совете нам представили, как оруженосца. Он... бывший одиночка, — ненадолго замолчав и собравшись с мыслями, она продолжила: — И их целительница, как и целитель племени теней, закончили обучение в грозовом племени, став полноправными. К сожалению, грозовая целительница Клюква погибла... Также Речное племя предупредило нас о том, что с Гремящей Тропы сошло чудище Двуногих — будьте осторожны при обходе тех мест, не вздумайте подбирать объедки. Лугозвёзд, повторюсь, также упомянул об одиночках, смеющих пересекать границу и гулять по племенным территориям — поэтому здесь тоже ухо востро. Остальное, если интересно, можете спросить у тех, кто был на Совете.
"У Щебета, например".
К горлу подкатил ком: Хмуролика нервно облизнула губы и потопталась на Валуне.
— Терзающий Звёзды потерял сознание, хворь одолевает его сильнее, чем нас. Будьте терпеливы и бдительны, мы не можем позволить себе лишнюю слабость: другие племена на Совете видели, что нашему предводителю не здоровится, и могли надумать себе лишнего. И напоминаю! — она расправила плечи, добавила голосу ещё пару ноток серьёзности. — Никакой охоты вблизи ферм Двуногих! Ни шагу туда! Вся дичь вблизи их обиталища отравлена хворью, мы с Остроглазой уверены в этом. Не охотьтесь там, не подбирайте чужую дичь. Берегите себя и следите за товарищами по патрулю, — на этих словах Хмуролика с намёком сверкнула взглядом в сторону Цветолапа. — Завтра утром я распределю новые патрули, и мы с Остроглазой отправимся за информацией к... — как же тяжело было признавать свою беспомощность! — ...кошке, живущей рядом с Фермами: она может знать, как излечить нашу хворь. У нас нет другого выхода: больше помощи ждать неоткуда. Собрание окончено.
И, не дожидаясь, пока её дёрнут вопросом или выскажут какие-либо недовольства, Хмуролика спрыгнула с Валуна, становясь рядом с Остроглазой.
— Чё там... — неуверенно покривив губой, начала она. — ...за травами ты питаешься вместо нормальной еды? Найдётся пара листиков для меня? Не хочу к завтрашнему утру слечь с хворью, чтобы ты в итоге потащилась куда-то одна и попала в беду. Я одна из немногих здоровых воителей, поэтому не пущу тебя с кем-то другим.
"Да и не с кем особо. Цветояр плачет над своей глупой подружкой, Тис едва ли видит дальше своего сопливого носа, Тенепляс — просто нет, пусть займётся чем-нибудь полезным, Полуденному Зною, Стрекозе, Ракитнице и Толокнянке лучше остаться в лагере, чтобы не оставлять его без присмотра адекватных взрослых воителей, Овсяница и Ястребинка... — Хмуролика покачала головой. — Можно было бы отправить Ястребинку, но что-то подсказывает мне, что она будет абсолютно точно против одиночки. А если выяснится, что Саломея в сговоре с бродягами, пересёкшими нашу границу, Ястребинка не удержится. Да и я не удержусь. Но лучше уж тогда Саломею прихлопну я. Её — и её дружков, если всё это правда. А все остальные либо болеют, либо молоды и горячи для таких походов. Вот было бы весело отправить с Остроглазой Щербатую!"
[если кто-то хочет интерактить после собрания - велком, допишу сюда реакцию]
→ Скип к следующему утру (второе утро после Совета)
К следующему утру Хмуролика успела поспать ровно столько, чтобы окончательно убедиться: лучше бы не ложилась вообще. Перед уходом оставалось раскидать по соплеменникам обязанности так, чтобы племя хотя бы несколько часов не развалилось без их присмотра. Задерживаться там, куда они идут, Хмуролика не собиралась: всё ещё не могла смириться с обстоятельствами, загнавшими их в этот поход.
У Валуна Собраний она наскоро распределила утренние патрули, особенно строго напомнив охотникам держаться подальше от ферм и не тащить в лагерь ничего подозрительного. Толокнянку попросила возглавить один из охотничьих, и Цветояра определила туда вместе с Щербатой и Мимозой: последней заодно велела присматривать за обоими и не позволять им искать приключения там, где их и без того хватало. Цветояр мальчиком был взрослым, но каким-то уж излишне мягким и ведомым в последнее время (или так было всегда?), поэтому Хмуролика праведно решила, что благое дело в компании взрослых, степенных кошек его немного взбодрит.
[если кто-то хочет интерактить перед нашим уходом - также велком]
Закончив, глашатая ещё раз придирчиво пробежалась взглядом по поляне, проверяя, не забыла ли чего-нибудь жизненно важного, после чего разыскала Остроглазую.
Пора было идти. Не хотелось.
→ к Саломее
→ скип тайминга племени к квесту "Нет покоя грешникам"
Отредактировано Хмуролика (07.10.2026 01:13:57)