---> Главная поляна | Каменный карниз
Молнелов молча двигался поближе к озеру, раздумывая о произошедшим. Его капитуляция была совершенной и точной. Хоть Бурелом и недоверчиво отнесся к его словам, сам старший воитель больше не собирался вставлять палки в лапы глашатаю. Всю дорогу к побережью он слышал тихий шорох и периодически видел знакомую тень на периферии здорового глаза. Но пока что решил не пугать молодого оруженосца. Пока что.
Даже в подавленном состоянии духа Молнелов обнаружил, что навыки никуда не исчезли. Они рефлекторные, мышечные и ощущение, что ими управляет даже не разум. Это привычка, близкая к его внутреннему я. К тому скрытому. Старший воитель медленно двигался весь путь, совершенно не торопясь никуда. Однако в какой-то момент он решил разбавить свой медленный монолог внутри себя общением. Может быть, оруженосец - именно тот кот, который ему нужен прямо сейчас.
- Пухолап, можешь не скрываться, - громко говорит Молнелов и останавливается на месте, присаживаясь. - Я знаю, это ты. Только ты иногда настолько наглый, чтобы за мной следовать в данной ситуации, - старший воитель виляет хвостом, выказывая свое любопытство. Да, Пушок действительно был иногда слегка себе на уме, но в одном Молнелов был точно уверен - им сейчас двигало явно не желание доставить неприятности своему наставнику. Скорее всего, беспокойство? Воитель тяжело выдохнул, понимая, что немного постарел и мысли котов ему уже не так доступны, как раньше.
- Раз ты здесь, скаже мне, Пухолап, - говорит Молнелов. - Что отличает воителя леса от одиночек? Почему у нас четыре племени и в какой момент их стало четыре? Ты же слушал сказки старейшин, когда был котенком? - старший воитель делает еще несколько шагов и останавливается на краю озера, так, чтобы его отражение было частично видно в воде и он видел его краем своего глаза. Хотя кот уже привык ориентироваться скорее на уши и нюх, глаз помогал точнее определить расстояние до того или иного места. - Как лично ты считаешь, сильно ли мы разные с, например, котами племени Ветра? Или, быть может, с котами племени Теней? Ты с ними не знаком, но наверняка слушал об этом всем. От других воителей, старейшин или оруженосцев, - проговаривает кот. - И чем же мы, все коты племен, все-таки отличаемся от одиноких котов, обитающих в этом бескрайнем мире? - Молнелов почувствовал, что задавал вопросы скорее даже себе, а не только собственному ученику. Пусть это будет небольшим уроком. Оруженосец должен уметь мыслить и принимать решения, даже если они не нравятся наставнику. Интересно, не он ли с помощью этого принципа создал Лугозвезда, а потом расстроился, когда тот не стал его слушать? Не он ли собственными лапами, в поисках истины, которую желал вложить в голову молодых котов, построил текущего предводителя? Или, быть может, этот добрячок сам выстраивает себе дорогу в будущее, которое не видит он, старший воитель, из-за своей близорукости? А может, наоборот, он слишком дальнозоркий? Молнелов мотает головой, прогоняя рой странных мыслей, которые скорее его сейчас заставят признаться самому себе, что он глупец. Конечно, он был самокритичен, но чтобы настолько? Нет уж. В любом случае, если он сейчас снова упадет в состояние уныния и самокритики, он был уверен, что Невесомая его оттуда вытащит, словно котенка. С ней он почти всегда был расслаблен и полон сил.

Молнелов молча выслушивал собственного оруженосца, раздумывая над каждым словом юнца, словно он был умудренным старцем. Хотя, скорее всего, кот и сам понимал, что ему нужен всего лишь собеседник для создания стройного ряда из своих буйных, бегающих по всей черепной коробке, мыслей. Старший воитель дернул ухом и посмотрел своим глазом на еще небольшого оруженосца.
- Не совсем в порядке, Пухолап. Вскоре и тебе придется подрасти и влезть в это наследие. Хотелось бы мне, чтобы войны внутри нашего племени закончились на мне. Но, видимо, они будут идти до тех пор, пока мы полностью не победим наши гордость и тщеславие, - Молнелов усмехнулся, подошел поближе к воде и заглянул в нее, оставив позади Пухолапа.
- Оруженосцы и котята - зеркало племени в каком-то смысле. Ваши мысли более понятны и просты, вы видите все и не особо скрываете собственные намерения. Ну, конечно, за некоторым исключением. Так вот, Пухолап... Сейчас ты слышал, как большая часть твоего племени готова разорвать безымянного котенка лишь за то, что он рожден не в племени. Среди нас четыре племени. Как ты думаешь, способен ли котенок, воспитанный в племени, стать настоящим воином или даже предводителем? Таким, за которым пойдут другие коты? - Молнелов обернулся и вновь посмотрел своим медово-янтарным глазом, в котором читалась усталость, в такие же глаза ученика. Старший воитель вильнул своим хвостом немного резко, словно сбрасывая что-то с него, а затем придавил лапой и начал облизывать его кончик.
- Ты прав, у нас действительно есть воинский закон. А четыре племени ведут свою историю с времен, которые давным-давно, подобно времени, ускользнули через лапы наших предков. Но правда одна - до момента, когда коты объединились в племена, они были одиночками. Они не могли появится в этом мире уже в племени. Иначе бы у нас не было нашей ярчайшей звезды - Громозвезда, о котором ты слышал, - Молнелов убрал лапу с хвоста и немного горделиво выпячил грудь вперед. - Взрослые одиночки действительно не могут прижиться в племени. Или могут это сделать, но им будет очень тяжело. А вот юные котята - другое дело. В них можно воспитать дух истинных воителей. Кровь - не главный показатель, Пухолап. Главный показатель - наш дух, знания и ответственность друг за друга. А дух наш выкован прежде всего воинским законом. Нарушая его, мы становимся подобны одиночкам. И никакая кровь не заменит этого, - Молнелов закончил говорить. Затем сделал несколько коротких шагов поближе к Пухолапу.
- Раз уж ты тут, то займемся навыками скрытности. Чтобы в следующий раз подходил так, чтобы я тебя не видел и не слышал, - приказывает наставник, гордо всматриваясь в мордашку собственного ученика.

- Есть несколько сказок о том, что одиночки становятся сильными котами. Я не уверен, что даже в нашей древней истории нет эпизода, где какой-нибудь одиночка, попав в детстве в племя, не стал предводителем, Пухолап, - Молнелов развернулся вновь к воде, поднялся и медленно пошел вдоль берега, вильнул хвостом и резко выдохнул.
- В следующий раз скрывайся. Лучше не давать другим понять, что ты у них на хвосте, - он посмотрел через плечо и прищурил свой янтарный глаз, сияющий медным оттенком. Хлопнул им и повернул морду обратно.
- Ты прав, скорее всего, воинский закон написали такие же коты, как и мы. И я не думаю, что каждое правило не имело под собой мудрости предков или обстоятельства, которое сподвигло котов этот закон записать в вечной памяти...
Молнелов немного потоптался на месте, тяжело-тяжело выдохнул, раздумывая, не рано ли он сдался перед Буреломом и Лугозвездом и не надо ли было гнуть свою линию вечно. Но затем помотал головой, сбрасывая эти оковы разума. Нет, он больше не полезет туда. Боль от того, кем вырастает его бывший ученик и боль от того, что говорит Бурелом. Она бьет по ушам, по сердцу и по душе. Ему слишком тяжело. Поэтому... Возможно, однажды он покинет племя. Не сейчас, позже. Когда поймет, что он для этого готов. Лес полон амбициозных котов, которые иногда яростно сражаются друг с другом. Вместо помощи тем, кому тяжело - условия. Вместо доброты и мягкости - вечные недоговорки, интриги и страх. Хватит с него. Он просто воитель, который просто будет делать свое дело.
- Этот разговор помогает тебе заглянуть в свой разум и, игнорируя зов своего сердца, делать решение разумом. Это хорошо, что ты на это способен. Может быть, в будущем вообще станешь предводителем. Но чтобы им стать, тебе надо для начала хорошо потренироваться. Начнем сегодня с охоты на кролика. Вернее, подготовки к этому действу. Как ты знаешь, кролики бегают очень быстро даже по нашим меркам. И если с самого начала не удастся его поймать, то, скорее всего, ты упустишь добычу. Но есть еще стратегия охоты в паре, где один кот гонит зайца на соплеменника. Давай попробуем. Для начала посмотрим, насколько ты быстрый и сможешь ли вообще загнать зайца. Пробеги отсюда до... - Молнелов смотрит своим глазом куда-то чуть подальше, находит небольшую одинокую березу и говорит:
- Вот до того дерева. Беги как можно быстрее, будто от этого зависит твоя жизнь. Мы должны посмотреть, ускорился ли ты за наши небольшие тренировки. Раньше расстояние было меньше, но, я думаю, ты можешь лучше.

-разрыв, после квеста с паутиной-
[indent]Находясь в глубоком размышлении о себе, своих переживаниях, о судьбе Огнелапа, о делах племени, Каменка не заметила, как начала смещаться от теплого бока Овражника, и его резкое движение, заставившее ее вернуться на место, выдернуло ее из раздумий. Холод нещадно забирался под шкуру, царапая ледяными когтями все тело. Она крепче прижалась к боку друга, пряча улыбку, словно это было что-то неловкое.
[indent]— Холодно всё-таки, простудишься, и что я буду с тобой делать? - Каменка рассмеялась, заглядывая Овражнику в глаза.
[indent] - А давно ты у нас целителем заделался? Горечь в курсе, что ты отбираешь ее работу? - снова вслух произнеся имя целительницы, рыжая вздрогнула и мгновенно погрустнела. Все таки Предки были несправедливы к юной целительнице, выбрав ей такое жестокое имя. Уж если бы Каменка могла, она бы заставила их дать ответ!
[indent]— Ты чем-то обеспокоена, - Грозовая остановилась, и Овражник сделал пару шагов вперед уже без нее. Он всегда попадал в точку, даже если она сама не замечала. Она была слишком обеспокоена, но как распутать эту паутину?
[indent] - Я переживаю за Огнелапа. Ураган не из тех наставников, кто будет поддерживать его и любить, а малыш такой... добрый, как бы ему не навредила строгость Урагана, - она начала совсем не с того, что беспокоило ее больше всего, но какая разница, откуда начать распутывать, правда? - Мне очень жаль Горечь за такое несправедливое имя, неужели Предки не могли дать ей более подходящее? - Деваться уже было некуда, скрывать от Овражника что-то было невозможно, он найдет, зацепит острым когтем и заставит вытащить это на поверхность, - И я переживаю за Лугозвёзда. На него столько всего свалилось, у меня сердце не на месте каждый раз, как я его вижу. Я бы хотела помочь, но чем я могу быть ему полезной?... И почему я вообще хочу помочь предводителю? - Она задала самой себе, кажется, главный вопрос, который беспокоил ее долгое время. Почему она так рвалась помочь лидеру племени, и с чего она вообще взяла, что ему требуется помощь? - Как думаешь, он вообще меня не замечает?
[indent]Глупая, ты что городишь такое?!
[indent] - Я имею в виду... Замечает ли он мое желание его поддержать. - Она быстро поправилась, но вряд ли это ускользнуло от внимания воителя.

[indent]Каменка молча следовала за Овражником, обдумывая его слова. Она не хотела, чтобы он вмешивался в отношения между наставником и учеником, да и сама не собиралась, такое поведение может сулить неприятности, и если к своим собственным она была всегда готова, то к неприятностям друга - совершенно нет. У нее не было сомнений в верности Урагана племени, это сильный, опытный воитель, который сможет подготовить хорошего бойца и охотника. Но разве только в этом заключается обучение? Она не знала, выдержит ли Огнелап такой суровый характер, однако, если нет - не значит ли это, что он просто не готов к лесной жизни? Ощущение, что воительница вечно пыталась влезть туда, куда не надо, в последнее время появлялось всё чаще.
[indent]- Нет, - сказала она, наконец. - Не нужно из-за меня встревать в неприятности. Огнелап должен быть сильным, и если рядом постоянно кто-то будет решать его проблемы, он не станет настоящим воителем. - Но я все равно буду за ним присматривать! Упрямость грозовой воительницы родилась раньше ее самой. И даже если сам предводитель уверен в верности своего выбора и в том, что Ураган - лучший наставник для Огнелапа, Каменка доверяла лишь своему чутью.
[indent] Слова друга о пророчестве заставили ее поднять глаза к небу - Звёздное племя всегда было там, и они знали намного больше, чем дано знать простым воителям. Целители тоже не всегда понимали замыслы Предков. Эти слова немного ее успокоили, но чувство несправедливости неприятно щекотало внутри. Может, сама Горечь знала больше, чем говорила. Каменка никогда всерьез не задумывалась о том, какими знаниями владеют целители и предводители, сколько невидимой работы они выполняют и какую ношу бывает несут, чтобы уберечь свое племя.
[indent]- Да, наверное, это максимум, что я могу. Спасибо тебе, - Она прильнула щекой к его боку, чувствуя прилив благодарности. Овражник, сам того не зная, успокаивал вечно переживающую душу подруги, иногда словами, а иногда просто своим присутствием. Она считала, что такая дружба - это дар Звёздного племени, ведь кто мог бы похвастаться, что он может без страха высказать все, что думает, и не получить в ответ ни капли осуждения?
[indent]- Мне хорошо знакомо это чувство. Не  имеет значения, кто  этот кот — предводитель, твой верный друг, тот, кого ты видела всего однажды или даже враг. Это чувство.. я имею в виду, безвозмездное желание помочь тому, кому хочется помочь, и всё тут — ничем необъяснимо и иррационально. Это может быть хоть сколько глупо и странно — но это выше всего понятного и общепринятого.
[indent]- Мне тоже иногда кажется это глупым и странным, - невесело усмехнулась кошка, немного завидуя Овражнику, у которого не было внутри этого бесконечного желания спасти всех и каждого.
[indent]- Ты не влюбилась ли часом? - Кажется, даже время замерло, как только вопрос грозового воителя долетел до ушей Каменки. Она уставилась на него, непроизвольно сведя брови, буквально на секунду забыв, что Овражник прекрасно читает все ее реакции.
[indent]- Что?! Нет, конечно! - Опомнившись, возмущенно воскликнула рыжая, чувствуя, как внутри зарождается страх. С чего бы ей влюбляться? Нет, она не способна на такие чувства, более того, она сама себе запретила что-либо чувствовать к соплеменникам, ее путь - путь воительницы, и в нем нет места для любви и сердечных переживаний. Нет, нет и еще раз нет, Овражник просто поинтересовался, вряд ли он заметил в ее поведении что-то необычное. - Если я в кого-нибудь влюблюсь, можешь сразу прибить меня и закопать под деревом! - Неестественно рассмеявшись, Каменка шутливо шлепнула друга хвостом по лбу и перешла на бег, взметая за собой снежные вихри. Она напрочь пыталась отмести все мысли о предводителе, но вопрос Овражника звоном отдавался в ее голове снова и снова.
[indent] Нет! Я теперь вообще к нему не подойду! И никаких вопросов не будет, ни у кого. - Каменка не на шутку перепугалась, ведь если Овражник прав, у нее очень большие неприятности. Остановившись, она дождалась, пока воитель поравняется с ней, и сделала самое простое, что она могла сделать в этой ситуации -  просто перевела тему.
[indent] - Как твое самочувствие? Говорят, племя Ветра совсем расклеилось. Как бы не было опасным патрулировать их границы!

[indent]— Да всё со мной в порядке. Хватит, Каменка, - отрезал Овражник, и его голос показался рыжей воительнице не совсем веселым. Каменка украдкой взглянула на кота, но он упорно не хотел смотреть на нее. Овражник уселся в корнях присыпанного снегом дерева, и кошка вдруг поняла, что разговора ей не избежать. И почему он такой упертый?
[indent]Ну пожалуйста...
[indent]Она с мольбой посмотрела на друга, теперь уверенно отвечавшего ей взглядом, всем своим видом показывая, что никакие уловки ей не помогут. Каменка не хотела продолжать этот разговор, все упоминания о чувствах она упрямо гнала от себя, словно это было что-то больное, ненормальное, постыдное. Плохо помня свое детство, рыжая не знала причин подобных убеждений, но четко знала одну простую вещь - она не должна проявлять слабость. А влюбленность, привязанность как раз и являлись первыми ее признаками.
[indent]Ей хотелось сбежать, оставив растерянного Овражника одного, без ответов, и пусть он с разочарованием смотрит ей вслед, она была готова даже принять это, но куда хуже было то, что она сама останется без ответов и понимания, с чем она столкнулась. Все соплеменники были ей товарищами, семьей, да кем угодно, но ни к кому из них она не чувствовала ничего, кроме верности.
[indent]— Под этим-то деревом я тебя и закопаю. Всё, как ты и просила, да? - Овражник опустил взгляд, и Каменка поспешила присесть рядом, тесно прижимаясь к его боку. Закопай. Закопай прямо сейчас и я освобожусь от этого груза, и не придется искать слова, чтобы попытаться объяснить... Себе, а затем и тебе.
[indent] - Я не могу... - Опустив голову, она зажмурилась. - Ты же знаешь! Я не могу, мне нельзя!... Я должна быть сильной, а это... - А это слабость, мышеголовая дура! Отрывисто выбрасывая слова, словно в голове кружился дикий вихрь, из которого нельзя было собрать даже простые фразы, рыжая притихла, глубоко вздыхая и выпуская из пасти облачко пара. - Я не знаю, что я чувствую. Но твои догадки мне не нравятся. Да и куда мне?... Он предводитель племени, у меня нет права что-то испытывать к нему. Понимаешь?
[indent]Да и ты ему не нужна.

[indent]— Ты можешь быть сильной, но не сильнее всех, ясно? Будь обыкновенной, и хватит с тебя. И если этот твой Лугозвёзд стоит тебя и не глупец набитый, то заметит тебя и сделает не сильнейшей, а счастливейшей кошкой на земле, какой ты и должна быть.
[indent]Овражник говорил от сердца, и Каменка знала, что друг желает ей только счастья. Но будет ли она счастлива? И у нее не было уверенности, что Лугозвёзд вообще станет её слушать. Он казался ей закрытым, непонятным, избегающим. Стоило только Каменке подумать о каком-либо разговоре, как предводитель скрывался у себя в палатке или уходил из лагеря. Он не шел на контакт практически ни с кем. И почему он должен был делать исключение ради нее?
[indent]Страх за возможные последствия тянул кошку все ниже и ниже, буквально сравнивая с землей. Может, кто-то и обладал такой смелостью, чтобы прыгнуть в неизвестность, не страшась последствий, но Каменка была не такая. Она отчаянно сопротивлялась, пыталась предугадать всё, что может произойти, вплоть до слов, которые ей могут сказать. И в каждом сценарии она уходила прочь, лишившись не только своих надежд, но и возможности просто быть для Лугозвёзда опорой.
[indent]— Когда будешь уверена, то так ему и скажи, что чувствуешь, — и распутайтесь вместе. - Каменка горько усмехнулась, глядя в глаза воителя. Кто сказал, что ему это интересно?
[indent]- Нечего тянуть. Мы с твоим Лугозвёздом вместе бок о бок росли и были друг другу равны, а тут ты его вдруг так напугалась, что нафантазировала между нами какой-то придуманный барьер, возводя его на пъедестал. Этот барьер есть, конечно, но не такой огромный, как тебе кажется. Что ты теряешь-то? И чего боишься? Ты прекрасна, Каменка, и нечего сомневаться на каждом шагу. Это Лугозвёзд должен будет голову поломать, как составить твое счастье, если уж на то пошло.
[indent]Рыжая молча слушала и согласно кивала. Овражник был прав, пусть Лугозвёзд и предводитель, но он был самым обычным котом, который просто нес больше ответственности, чем остальные грозовые коты. Но единственное, что знала Каменка, и не понимал Овражник, было не то, что она боится быть отвергнутой, а... Страх, что после ее признания ничего нельзя будет вернуть назад.
[indent]Неловкость, с которой он потом будет разговаривать со мной, этот виноватый взгляд... Я знаю, что будет. Я буду собирать себя по кусочкам, а он будет избегать меня, и все станет только хуже.
[indent] - Нет. - Резко подняв голову, Каменка снова почувствовала ясность мыслей. Она знала, как ей поступить. - Никто об этом не узнает. И ты молчи. Я не стану приносить себя в жертву ради мизерной возможности приблизиться к нему. - Взгляд снова стал чистым и уверенным, кошка поднялась с земли и, твердо посмотрев в глаза Овражнику, попыталась смягчить резкий тон мягкой улыбкой. - Я поборю в себе это, не волнуйся. Пора возвращаться. - И, поманив Овражника хвостом, медленно зашагала по сугробам, мысленно радуясь, что пусть она и не нашла выход, но хотя бы поняла, в какой он стороне. И, помедлив, на ходу повернула голову к бурому коту, мурлыкнула: - Спасибо тебе.
>>> лагерь