— Сам ты больной — на голову! Со мной всё нормально, ясно? А тебя никто не просил лезть! И вообще, не говори со мной, пока не умоешься, вонючка.

Вмешательства Гусёнка Мошка, кажется, не оценил. Так тот и остался лежать в гнезде, хлопая голубыми котячьими глазёнками. Что Мошке не понравилось? Для его крошечного, простого детского мозга всё было очень легко: за тебя заступаются — ты радуешься, тебя ругают — ты пищишь в ответ что есть мочи. Но чтоб его ругали за то, что он заступился... Это Гусёнку надо было как следует обдумать. Он в недоумении моргнул ещё раз. Кажется, Мошка врёт. Во-первых, голова у Ежонка очень даже здоровая на вид — ну то есть как обычно. А во-вторых — да разве ж он воняет? Гусёнок принюхался, зарываясь мордочкой в собственный мех на грудке. Пах он ну разве что маминым молоком. Разве ж это вонь? Это самый лучший запах! То есть, самый лучший — это у совсем свежего молока, ещё выпитого, потому что его можно выпить. Но и это очень ничего! Гусёнок распушился и удовлетворённо фыркнул тому, что не поддался на слова братца. Он ведь тоже может назвать Мошку вонючкой без причины, но не делает этого!

Мог бы назвать вонючкой и Ежонка, и спящего Травинку, и начавшего нудить Песенку, и тихую Шепоток. Такая внезапная перспектива вскружила ему голову, и Гусёнок в восторге раскрыл рот.

— Гусёнок...... Я — больной?....... — спросил Ежонок, и ответ вырвался сам собой.

— Нет. — важно, выпятив грудь, прямо-таки со знанием дела произнёс Гусёнок. — Нет, ты вонючка!

Его глаза округлились от чего-то среднего между ужасом и весельем. Он сказал это! Не только Мошке можно обзываться!

— И Мошка вонючка! И Травинка вонючка! И Песенка, и Шепоток вонючки! Все вонючки! — радостно закричал котёнок, вскакивая и прыгая по своему гнезду, как бешеный. Это слово так звонко сыпалось из его пасти, так ритмично и ярко, словно лучшая птичья песенка. — Вонючки, вонючки, вонючки! Ой!

В приступе бурной детской радости котёнок не заметил, что мама начала о чём-то говорить, и уж тем более не заметил, как она близко. Когда Искристая нежно, но неумолимо сгребла его в охапку, было уже поздно что-то предпринимать. И шершавый материнский язык заткнул нескончаемый поток слов, превратив его в безобидный возмущённый писк малыша, которому очень не хотелось быть мытым.

Мамина забота нравилась Гусёнку. Ему нравилось чувствовать себя любимым. Ещё ему не нравилось умываться самому, тратить на это время, показывать братьям и сестре, какой он неумелый и неловкий в этом непростом деле. Почему он тогда возмущался? Да просто так. Охота ему попищать побольше и построить из себя уже совсем взрослого котёнка, который в помощи с умыванием не нуждается. Вылизанный Гусёнок комично нахмурился, готовясь делать вид, что обиделся на маму. У него даже получалось... три секунды, пока Искристая не заговорила про какую-то игру.

— Сюда? А я уже здесь! — встрепенулся Гусёнок, радостно поднимая тонкий хвостик. Они будут играть!

— Нет.

Фух. Ежонок наконец-то смог спокойно выдохнуть, понимая, что он в порядке и совсем точно не больной, ведь Гусенок так сказал... А Гусенок не может врать, верно? И Только Ежонок хотел вытереть слезы и сказать тихое "спасибо", как...

— Нет, ты вонючка!

Ему воткнули когти в спину. Или, учитывая всю серьезность этого оскорбления - ему разорвали горло. Он - вонючка?! Да как так, его ведь так старательно мыла мама! Да и пахнет он как и все остальные, значит, они все здесь вонючки? Но это уже совсем беспредел и оскорбление всех стараний их мамы. Она так старается, каждый день их всех умывает, а в ответ узнает, что все напрасно и они все равно все, поголовно все, вонючки... Если бы Ежонок это узнал, он бы очень-очень расстроился. Да он и сейчас расстроился и захныкал громче прежнего.

А Гусенок явно тоже понял, что все они пахнут одинаково, а значит все они - вонючки... И начал будто упиваться этим знанием.

...Возможно, именно Гусенку верить не стоит. Возможно, он просто глупенький.

Тем более мама тоже сказала что он не больной и все в порядке, и даже похвалила. Ежонок вытер слезы и подполз к Песенке и Шепоток - все остальные были либо пугающе глупые, либо пугающе злые. А Шепоток и Песенка оба хорошие, спокойные и тихие. А еще Ежонку было очень интересно, что за игру придумала их мама. Он с любопытством наклонил голову набок, глядя на Искристую и дожидаясь правил новой игры. Что в этот раз? Что-то с шариками из мха или что-то поинтереснее? А может и вовсе что-то познавательное, вроде игры в племя или охоты? Ежонок был крайне заинтересован.

Планы по успокоению всех и спасению мира в пределах Детской подверглись некоторой корректировке... Хотя здесь вернее будет сказать, что она просто не успела ничего сделать. Пока она пыталась утешить Песенку от обиды, - или чего-то еще, о чем она еще не знала и не задумывалась - остальные из ее братьев решили, что самое время предотвратить угрозу спокойного дня.

То есть как, решили... Ежонок переживал страх вымышленной болезни и, к ее разочарованию, Гусенок, изначально попавший под лапу вечно недовольному Мошке, разразился непрекращающимся потоком обзывательств в адрес всех котят. Хорошо, что соседствующей с ними по палатке семьи не было в этот момент, иначе ситуация стала бы еще более неловкой.

Одно представление, что они могли застать это - и уши Шепоток прижимались к голове, пока коготки вонзились в моховую подстилку.

К счастью для ее здравомыслия и моральных устоев, какими бы идеалистичными и примитивными они не были, их боязливый брат решил, что заявления котенка, кричащего на всю Детскую "вонючка", не стоят внимания. По крайней мере, так она интерпретировала его внезапное приближение к ней и Песенке.

Напряжение в костях смягчилось, и мордочку кошечки озарила мягкая улыбка. Даже если ее брат сделал не то, что она планировала про себя, - не вините ее, что не сказала о том вслух, она считала это очевидным! - он все же ей помог, хотя и в своем неподражаемом стиле.

Глупо с ее стороны было в нем сомневаться.

Да, она все еще хотела поговорить с Ежонком и удостоверится, что тот в порядке. В конце концов утро начиналось весьма бодро, по какой-то причине избрав именно его главной жертвой.

И кроме того, несмотря на то, что мама была с ними и предотвратила конфликт буквально несколькими словами, она не хотела напрягать родителей сверх меры. Они могут позаботится о ссорах меж собой!

...как только она поймет трюк мамы с папой, из-за которого их все слушают. Может быть, потому что они такие большие?

Хотя Травинка уже это освоил. Если это можно так назвать, ведь слушать его на самом деле трудно, особенно когда тот так старательно пытался подражать взрослым. Мошка тоже страдал подобным недугом, и единственное, что это вызывало лично у нее, так это недоумение.

Неужели они всерьез не думают, как нелепо это выглядит со стороны? Возможно, ей следует об этом сказать...

Или, может быть, она просто не понимает? Ведь Мошка сидит один в холодном угле близко к выходу - и мама его не отругала. Значит, все в порядке и она беспокоится из-за мелочи? Вероятно, так.

И ей нужно поговорить с Ежонком. Дать хоть какую-то поддержку.

Так она, в последний раз прижавшись мордочкой к Песенке, развернулась в сторону Ежонка, желая осуществить свой небольшой план, но внезапный толчок заставил ее вместо этого споткнуться о собственные лапки и налететь на брата.

"Нет-нет-нет!" - только могла выпалить про себя Шепоток, что успела выразить лишь в шокированном вздохе.

Отредактировано Шепоток (23.06.2026 23:14:37)

— Ну как вы тут, малыши? Играете?
— Папа! — Травинка моментально оказывается у воителя под лапами, трется об него, заискивающе заглядывая ему в лицо, но, когда понимает, что Беркут не принес с собой ничего интересного, быстро возвращается к Искристой. Сейчас они будут играть, а в играх Травинке нравится побеждать.

Наконец-то мама всех рассаживает и рассказывает правила новой игры. Травинка слушает внимательно, задумчиво осматривая своих потенциальных соперников. Потом поднимает мордочку и доверчиво трогает Искристую за лапу:
— Мама, а давай мы будем не только друг с другом соревноваться, но и в парах? Чья пара успеет сыграть к примеру четыре раза, та победила. А пара победителей два дня будет первая играть с новыми моховыми шариками.
Проблема сломанных игрушек в большой семье всегда насущная. Травинка ненавидел играть с мячиками, которые уже изрядно обмуслявлены другими.

— Хорошо? Давайте так играть? Друг против друга в парах, и команды друг против друга тоже, — теперь уже смотрит на сиблингов, взглядом подбивая их согласиться, — ну все, будем так, — Травинке не очень важно, все ли высказали согласие, главное потом переорать другого фразой "нет, мы так играли!!".
Серебристый подходит к Ежонку, которого Искристая определила ему в напарники, и ободрительно улыбается брату. Вообще, Ежонок ему, несмотря на нытье и занудство, нравится. С ним бывает легко договориться, а в противном случае можно случайно садануть лапой в бок.

Травинка выбирает полоску мха самостоятельно, встает напротив брата и, подойдя совсем близко, упирается лбом ему в лоб, лапой придерживая за шею, чтобы не сбежал. И дальше шепчет на ухо так тихо, что остальным его голоса не услышать:
— Давай побеждать по очереди. Сначала ты поддашься, потом я. Тогда мы быстро победим и будем целых два дня играть с чистыми мячиками. А потом, кода уже победим, поиграем в перетягивание по-настоящему, для веселья.
Отстраняется и внимательно смотрит Ежонку в глаза. Смотрит тяжело и уверенно, желая заставить светленького согласиться на его идеальный план. Лапу с загривка Ежонка все еще не убирает - но со стороны это похоже на простые объятия двух братьев перед игрой.

— Я притворяться не умею
Травинка чуть ли не рычит от подступившего раздражения. Ну как можно не уметь притворяться? Как?? Впрочем Ежонок и до этого успевает подложить брату иголку в подстилку. Ну почему он не фильтрует то, что выходит из его рта?
Недавнее расположение к светленькому неспешно уступает желанию уронить его лицом в мох.

— Не можно, — привычно отрезает Травинка и сует Ежонку мох в рот, — хватай давай.

Что остальные творят вокруг Травинка старается не замечать. От мельтешения тел, лап и хвостов голова идет кругом. Иногда на серебристого накатывает настроение, когда вливаться в общую свалку он не хочет (хотя зачастую он не имеет ничего против, оказывается в самой гуще событий). Вот и сегодня, ему хочется, чтобы браться и сестра степенно встали парами и СПОКОЙНО играли, не мешая ему исполнять задуманное.
Травинка ловит взгляд брата и страшно округляет глаза, чтобы тот не вздумал все портить. Если испортит - знает что будет вечером, когда мама спать пойдет. Или решит отлучиться по своим взрослым делам на пару минут. Травинке и меньшего времени хватит.

Ежонок такой забавный с торчащей изо рта полоской мха. Травинка внутренне самую малость теплеет, думая, что даст младшему шанс - если он будет играть по его правилам, то так и быть, тыкать его мордочкой в подстилку серебристый не станет. Пока что.
Будущее Грозового племени зажимает зубами свою сторону плоски, упирается лапками в подстилку, уверенно напрягает задние лапы и тянет голову назад, не прикладывая, однако, всей свой котеночьей силы. Просто дергает рывками, покрепче сжимая челюсти.

Слава Громозвезду, Ежонок перестал все портить. Он послушно держит мох в зубах, дергается,  а потом очень даже натуралистично падает. Травинка приходит в восторг и вопит, подпрыгивая:
— Ура! Я победил! Мама, это очень веселая игра.

Грозовой подбегает к брату и заботливо помогает ему подняться. Даже ласково гладит лапкой по плечу.
— Здорово, Ежонок, давай еще раз! — тараторит Травинка, расправляя моховую полоску и повторно всовывая ее Ежонку в рот. Прежде чем ухватиться за свой конец, мальчишка ободрительно улыбается младшему, — у тебя все получится, вот увидишь.

Травинка играет, пусть и не честно, но с полной отдачей. Во-первых, ему реально весело. Во-вторых, когда серебристый решает испытывать какие-то эмоции, он спустя довольно короткое время и правда в них погружается, а потому демонстрировать радость тогда, когда надо радоваться, для него совершенно не сложно. И глаза из-за этого сверкают абсолютно искренне.

Травинка вцепляется в свой мох с остервенением, готовый бороться с Ежонком за пальму первенства. Потом вспоминает, что ему сейчас следует поддаться, потому что младший уже так сделал. И будет нехорошо, если..
серебристый тихо фырчит, дергая ухом. Конечно, вкус победы сладок, и ему очень понравилось говорить "я победил". Но, если он сам нарушит установленные им же правила, финальной, большой победы и награды у него не будет. И время на раздумья нет, ведь сиблинги не стоят без дела, они тоже играют, как делают это Ежонок и Травинка.

Мальчишка принимает чудовищно сложное решение. Игра стоит свеч. Ему нужны чистые моховые мячики хотя бы пару дней.
С этими мыслями Травинка дожидается пары рывков со стороны Ежонка, даже тянет немного в ответ, подражая другим котятам, которые играют честно.  И в какой-то момент, когда Ежонок тянет достаточно сильно, у Травинки подгибается передняя лапка, он спотыкается и падает.
— Ах ты! — восклицает, подскакивая, — чего такой сильный? — Травинка шутливо набрасывается на младшего, обнимая его за плечи, а потом шепчет на ухо, — Ежонок, я не поддавался! Ты правда победил.

Пусть так думает. Не то соскочит. Лесть - мощная штука, в этом Травинка со старшими успел убедиться.
— Но ты упади, ладно? А то у меня теперь лапа немного болит. Боюсь, как ты не смогу, — роняет Ежонку на ухо, прежде чем отбежать на свое место, слегка прихрамывая на переднюю лапку.