У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

01.08 // Активисты месяца Объявлены результаты!

20.07 // Грядёт Совет! Чтобы поучаствовать в событии, загляни в Организационную тему своего племени.

06.07 // Изменения в правилах Загляни в объявления форума - там много важной информации!

01.07 // Активисты месяца Были подведены итоги июньского голосования. Поздравляем победителей!

01.06 // Возвращение лета Дизайн форума снова летний! Можно как поставить новую тёмную версию, так и вернуть зимний или весенний дизайн с помощью кнопочки в левом верхнем углу сайта.

активисты месяца
нам нужны
настройки
Шрифт в постах

    Warrior Cats: The Voice of Memories

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Warrior Cats: The Voice of Memories » Нейтральные территории » Великие Холмы


    Великие Холмы

    Сообщений 1 страница 23 из 23

    1

    локация

    травы

    https://upforme.ru/uploads/001c/60/8d/2/756595.png

    [indent]Некоторые из путников называют их Высокими Скалами, некоторые — Стылыми Горами, но воителям привычнее название Великие Холмы. Существует легенда, что за Великими Холмами простирается Великая Вода, но проверить её на реалистичность, будучи верным членом племени, конечно, сложно.
    [indent]Великие Холмы располагаются к северу от Грозовых территорий, однако видны они воителям всех четырёх племён — огромные, порой покрытые на вершинах снегом, они возвышаются над равниной, словно ряды громадных кошачьих спин, защищающих свой лагерь.

    Добыча
    Жук
    Жаба
    Ящерица
    Голубь
    Зарянка
    Зяблик
    Кедровка
    Клёст
    Кукушка
    Поползень
    Свиристель
    Синица
    Сойка
    Сокол
    Тетерев
    Щегол
    Белка
    Бурундук
    Ёж
    Заяц
    Мышь
    Полёвка

    Угрозы
    Коршун
    Орёл
    Сова
    Ястреб
    Барсук
    Кабан
    Куница
    Лисица
    Одиночка
    Рысь
    Хорь

    зима
    Ель
    Кедр (смола, хвоя)
    Рябина
    ❗Остролист

    весна
    Берёза (почки)
    Горец птичий
    Горицвет
    Душица
    Ель
    Золотарник
    Кедр (смола, хвоя)
    Кедр (шишки)
    Медуница
    Ракитник
    Тимьян
    Толокнянка
    Фенхель
    Фиалка
    ❗Безвременник
    ❗Наперстянка
    ❗Остролист

    лето
    Горец птичий
    Горицвет
    Душица
    Ель
    Золотарник
    Кедр (орехи)
    Кедр (смола, хвоя)
    Мак
    Медуница
    Подорожник
    Ракитник
    Тимьян
    Толокнянка
    Фенхель
    Фиалка
    ❗Безвременник
    ❗Наперстянка
    ❗Тис

    осень
    Горец птичий
    Душица
    Ель
    Золотарник
    Кедр (орехи)
    Кедр (смола, хвоя)
    Мак
    Ракитник
    Рябина
    Тимьян
    Толокнянка
    Фенхель
    ❗Безвременник
    ❗Наперстянка
    ❗Остролист
    ❗Тис

    0

    2

    начало игры

    Рыжее на белом снегу — как неуместно. Волдырь перемещался медленно, дрожа от предвкушения. Он прямо-таки полз на брюхе. Его будущая жертва — крохотная птичка, названия которой кот не знал и не имел такого желания, с добычей не знакомятся, прежде чем вонзить зубы — ковырялась в пожухлом кусте, с которого сползла снежная шапка. Птичка была для кота ярким пятном на фоне снега — и он для неё тоже.

    Бросок. Добыча выпорхнула прямо из его когтей и, будто бы насмехаясь, уронила сверху крохотную замёрзшую ягодку прямо на морду горе-охотнику. Волдырь приземлился, уйдя почти по колено в снег, и клокочуще зарычал.

    Здесь ему можно было рычать, в конце концов. Хоть рычать, хоть совсем уж бесноваться, вырывая когтями пучки травы из-под снега и в гневе брызжа слюной. Он один здесь. Куда ни обрати взгляд — одни холмы, мрачные, отбеленные снегом, торжественно молчаливые. Волдырь выпрямился, возвращая себе гордую осанку и самообладание. Всего лишь ещё одна неудачная охота, и что с того? На этот раз хотя бы она неудачная из-за того, что ему самому не хватило сноровки, а не потому, что пришёл какой-нибудь жирдяй Булыжник, или какие там имена бывают у неотёсанных бродяг, и отобрал его еду. Волдырь фыркнул и принюхался к ветру. Если кошачьи запахи и намотались на его усы, то разве что совсем уж старые, чудом устоявшие под стирающим всё без следа зимним ветром. Неужели он наконец нашёл место, где хоть немного сможет прожить без необходимости играть перед кем-то в приличного котика?

    Волдырь с наглой ухмылкой развернулся хвостом к всё тому же злополучному кусту и без стеснения его пометил. Нет конечно, это не значило, что теперь это его холмы. Если вдруг кто-то придёт за них драться, рыжий не начнёт хорохориться и доказывать, что он сюда первый пришёл. Ему просто вдруг захотелось помечтать о том, что даже что-то столь огромное и величественное, как эти холмы, может принадлежать кому-то столь мелкому и незначительному как он.

    Удовольствие от того, что он присвоил холмы, чуть-чуть омрачалось тем фактом, что ни одной птички на этих холмах он не присвоил, а от голода начинало сводить живот. Волдырь с меланхоличным прищуром уставился куда-то за горизонт, словно погружаясь в думы.

    На деле он высматривал ещё птиц.

    +8

    3

    Лиственный Лес (Грозовое племя)

    Сорняк брёл прочь от пропитанной метками опушки. Теперь, с полным животом и зазубренной птичьей костью, крепко зажатой между зубами словно трофей, бродяга чувствовал себя невероятно дерзко.

    Он поднимался всё выше по огромным, припорошенным снегом холмам, его лапы слегка проваливались в ледяные сугробы, постепенно накатывала усталость. Но останавливаться было рано. Он искал сухое, защищённое от ветров и лишних взглядов место, где можно было бы спокойно свернуться калачиком и переварить трапезу. Однако часть его безрассудной молодой души также жаждала приключений на одно небезызвестное место.

    И они нашли его. Сорняк прислушался, замер, вжавшись голым пузом в снег, и всмотрелся вперёд. Неподалёку кот с ярко-рыжей шерстью целенаправленно метил куст. Затем незнакомец повернулся и застыл, устремив взгляд на горизонт, словно все небо принадлежало ему. «Один из этих трусов», — подумал одиночка, скривив губы. Окраины леса уже были усеяны подобными метками.

    Желая наконец разобраться, плешивый вышел из своего укрытия. Он даже не стал скрывать своего приближения, намеренно хрустя снегом под лапами. С тихим щелчком он бросил птичью кость на замерзшую землю и выпустил когти, позволяя острым крючкам блеснуть на фоне белого снега.

    Шаг за шагом приближаясь к незнакомцу с агрессивно поднятым хвостом, Сорняк выпятил грудь, стараясь выглядеть настолько внушительно, насколько это было по силам в его возрасте. По крайней мере, этот рыжий болван, судя по его внешнему виду, был ухоженным неженкой, не знавшим настоящей трёпки.

    — Эй! Тупица! — бесстрашно рявкнул Сорняк, прищурив горящие злобой глаза. — Ты один из тех слабаков, что сторожат добычу внизу, меж деревьев, да? Начинай болтать, ну же. Кто ты такой, раз оставляешь свою вонь повсюду, и сколько вас здесь прячется?

    +6

    4

    Судьба оказалась к Волдырю не столь благосклонна, как он рассчитывал, и выплюнула из сугроба неподалёку какого-то облезлого уродца с половинкой хвоста, воинственного на вид и явно молодого. Рыжий склонил голову в его сторону, рассматривая, но не спеша двигаться навстречу. Идёт к нему, шумно идёт, не скрываясь. Зачем? Неужто и вправду сейчас скажет, что этот куст нельзя было метить? В лёгком раздражении Волдырь хлопал себя хвостом по бёдрам.

    О, ещё и когти выпустил. Волдырь тихо хмыкнул и лишь выше поднял голову, не спеша повторять воинственный жест.

    Эй! Тупица! — напряжение скользнуло в янтарном взгляде. Этот грубиян не старше него, но больше, и настроен решительно. — Ты один из тех слабаков, что сторожат добычу внизу, меж деревьев, да? Начинай болтать, ну же. Кто ты такой, раз оставляешь свою вонь повсюду, и сколько вас здесь прячется?

    Ой, мимо. Ну как же мимо. Напряжение растворилось без следа, потому что теперь Волдырю было смешно. Спутать его с племенными... Кот сказал бы, что ему это льстит, но всё-таки он не видел ничего особенно привлекательного в том, чтобы целой кучей слушаться одного оболтуса. Та же банда, только живущая в одном месте.

    — Даже и не знаю, что тебе сказать, малыш. — рассмеялся Волдырь, подёргивая рыжим хвостом. — Один из слабаков — да, пожалуй, но не из тех. Я свой собственный слабак, мне просто так понравился этот куст, ну просто неописуемо.

    Редко, ох как редко Волдырь не воспринимал всерьёз кого-то с выпущенными когтями, но этот... Подходит к нему значит какой-то юнец и начинает предъявлять ему претензии по поводу того, что он писает на кусты. Это ж надо!

    +7

    5

    Сорняк оторопело уставился на рыжего кота, сжимая челюсти — его тактика запугивания обернулась полным провалом. Он ожидал агрессивного шипения, оборонительной позы или, в идеале, подчинения. Вместо этого он услышал смех.

    - Я свой собственный слабак, мне просто так понравился этот куст, ну просто неописуемо.

    - Тогда зачем ты его описал, придурок?! - сорвалось с уст прежде, чем в голову пришла мысль получше.

    Пренебрежительное объяснение незнакомца — что он просто слабый одиночка, которому захотелось пописать на куст, — укололо Сорняка сильнее, чем резкий зимний ветер. Его обнаженные когти по-прежнему бесполезно впивались в снег, но чувство неловкости быстро улетучилось, уступив место горячей волне злости, которая так и жаждала вырваться из-под шкуры наружу. Он не собирался позволять этому ублюдку смеяться над ним, как над глупым котёнком!

    - Ты мне зубы-то не заговаривай, - прорычал Сорняк, и его голос превратился в низкий, хриплый рык. Бродяга сделал шаг ближе, нависая над рыжим как опасно накренившийся дуб. Их разница в росте не была такой уж и большой, но остряк испытывал его терпение, поэтому Сорняк бесцеремонно вторгся в его личное пространство, ну прямо как настоящий сорняк. - Допустим, ты просто любитель нюхать свои же отходы, но ты явно что-то знаешь. Что там с котами в лесу? Сколько их? Отвечай!

    Отредактировано Сорняк (23.06.2026 12:17:28)

    +6

    6

    — Тогда зачем ты его описал, придурок?!

    Ну всё, это было финальной каплей. Волдырь, ничего не стесняясь и не страшась зимнего ветра, во всё горло захохотал. Эта игра слов веселила его безмерно, он и подумать не мог, чтоб бояться приставшего к нему кота.

    Справедливости ради, когда Сорняк только-только начал приближаться к нему, ещё и выпустил когти, это и впрямь нагнало жути на впечатлительного Волдыря. При том что подраться один на один никогда не было для него проблемой, просто это внезапное появление, и эта уверенность, и агрессия — словом, сначала всё внушало, что легко рыжему не отделаться. Теперь же он не мог воспринимать всерьёз ни собеседника, ни ситуацию.

    А серый тем временем подходил всё ближе и ближе, пёр на него с непоколебимостью глыбы льда.

    — Ты мне зубы-то не заговаривай. Допустим, ты просто любитель нюхать свои же отходы, но ты явно что-то знаешь. Что там с котами в лесу? Сколько их? Отвечай!

    Кот явно недавно поел. Из злобно оскаленной пасти несло свежей птичьей кровью, и от этого Волдырь чувствовал досаду. Почему вот это смехотворное создание оказалась более удачливым охотником, чем он?

    Волдырь не дал фрустрации своими охотничьими навыками взять над ним верх. Вместо того чтоб думать над этим, он картинно поморщился, недовольно дёрнул усами, а затем поднял лапу и, не выпуская когтей, шлёпнул по носу полосатого наглеца.

    — Отошёл бы ты на шажок. Изо рта у тебя пахнет... Неприятно.

    Если это сработает, как моментальное приглашение к бою... То так тому и быть. Про котов в лесу Волдырь ничего не знал, и драка будет более увлекательным ответом, чем "я не знаю".

    +7

    7

    Громогласный смех, исторгнувшийся из пасти рыжего, был словно пощёчина. Уши Сорняка прижались к голове. Его хвост-половинка рассёк воздух один раз, второй раз, а затем зрение бродягу сузилось до крошечной точки красной шерсти и насмешливых янтарных глаз. Но он готов был великодушно простить рыжему это недоразумение, если тот заговорит по делу - в конце концов, избавиться от него, когда перестанет быть полезным, можно и потом, верно?

    Впрочем, единственная полезная вещь, которую сделал недруг - это добровольно остался стоять на месте после того, как щёлкнул Сорняка по носу лапой и пробурчал своё брезгливое оскорбление. Да. Да, теперь Сорняк может просто убить его, не играя в догонялки. Это ли не радость? Что-то внутри Сорняка хрустнуло, словно сухая ветка под лапой. Вся сдержанность, за которую он цеплялся - любой инстинкт, подсказывавший ему, что стоило придержать коней - всё это испарилось в вспышке раскалённой ярости.
     
    С диким воплем, Сорняк бросился вперёд, сбивая обидчика с ног.

    - Ах ему ПАХНЕТ неприятно! Мой тетерев тебе не по вкусу, да?! Ну конечно, ты же мочу нюхаешь! Наверное, и ДЕРЬМО своё жрёшь!

    Ему удалось уложить рыжего на лопатки, вжимая в снег. Сорняк тяжело дышал, удерживая под собой кота, который оказался не таким уж и слабым, как казалось по ухоженной шкурке. Когтистая лапа чуть было не врезалась в его морду, но Сорняк увернулся и, пользуясь моментом, схватил соперника лапами за шею.

    - Или тебе завидно просто, морда рыжая? Что я сытый и сильный, а ты - слабак, которому уже не до шуток?

    Ярость затмевала разум, пульс отдавался громким стуком в ушах, и бродяга впился когтями в нежную шёрстку на горле, сдавливая и придушивая извивающегося под собой врага, как ужа. В какой-то момент тот, от нехватки воздуха, открыл пасть, и Сорняка охватила мрачная радость. О, сейчас мы посмотрим, у кого изо рта будет пахнуть неприятно.

    - Но ты не бойся, я тебя накормлю! Я добрый, по мне не видно?! Не стесняйся, давай, Я УГОЩАЮ!

    С показательно громким харчком Сорняк плюнул рыжему в глотку и расплылся в дерзком оскале. Он продолжал душить соперника, выглядя, как настоящий безумец - со слюной, повисшей на подбородке, и выпученными глазами, которые горели неистовым зелёным огнём.

    +6

    8

    Ого, как помчался. За живое задело? Какие-то личные комплексы насчёт запаха изо рта?

    Волдырь не ожидал мощи, с которой в него врезался разъярённый молодой кот. Он запоздало выпустил когти, стремясь удержаться на ногах, но лишь вскопал снег, когда Сорняк повалил его. От удара о землю из лёгких выбило воздух, снег забрызгал его, оседая влажными комьями на усах, Сорняк прижал обеими лапами — и даже так Волдырь продолжал истерично похихикивать, извиваясь под его весом. Такая бурная реакция, и на что? На слова о том, что у него из пасти воняет? Этот юнец ну просто что-то с чем-то.

    — Бывает, и жру, ха-ха... Когда больше ничего, хи-хи, не нахожу...— выдавил наконец Волдырь, подрагивая от смеха усами — а затем без всякого предупреждения выпустил когти и попытался достать ими Сорняка, всё ещё скорее из приличия, чем пытаясь ранить. От небрежной атаки тот без проблем ушёл — и тут его лапы оказались на горле Волдыря. Отрезвляюще. Янтарные глаза округлились в то ли осознании, то ли страхе, рыжий напрягся всем телом, заёрзал, пытаясь найти точку опоры и сбросить с себя явно серьёзно настроенного противника. Тщетно.

    — Или тебе завидно просто, морда рыжая? Что я сытый и сильный, а ты — слабак, которому уже не до шуток?

    В точку. Паника Волдыря усилилась, когда когти вошли в кожу, а весь вес Сорняка начал давить на его горло. В голове застучала собственная кровь, кот беспомощно затрепыхал лапами, не целясь, пытаясь достать хоть до чего-то. Его убивают?

    — Но ты не бойся, я тебя накормлю! Я добрый, по мне не видно?! Не стесняйся, давай, Я УГОЩАЮ!

    А нет, показалось.

    Стоило Волдырю раскрыть пасть, как в неё плюнули, и ужас разжал свои когти, оставив его в когтях одного Сорняка. После такого продолжать бояться было невероятно сложно, и Волдырь не стал. Он зашёлся кашлем, конечно, но совладал с собой и проглотил. Много мерзости довелось ему отведать за жизнь, и слюни с отдалённым привкусом мяса были так, средне противными. На рыжую морду вернулся презрительный прищур.

    — Ты сам из себя делаешь посмешище.

    И Волдырь, извернувшись и хватанув ртом воздуха, пнул противника обеими задними лапами в лысое брюхо. Сытый? Ну, значит это будет как минимум неприятно.

    +7

    9

    >> начало игры

    "Охотиться - отстой."

    Именно с такими мыслями Рохля наблюдал за улетающей вдаль галкой. Как и почему она его заметила - непонятно. Он же так старался! Прижимался к земле, как отец учил, крался, не издавал ни звука, ни шороха... Да, прыгнул и недопрыгнул, но тупая птица сама виновата в том, что стояла слишком далеко. Если бы не это - уже была бы в его желудке. Но ничего, Рохля упертый и голодный, хочешь драть - умей охотиться или искать себе кого-то, кто поохотится для тебя... И кого-то у Рохли пока что нет.

    Рохля повел ухом и заметил копошившуюся в снегу очередную птицу. Он начал осторожна подкрадываться, все также тихо, все также хорошо, и...

    Вдали на холмах началась какая-то громкая кошачья возня. И птица от греха подальше решила улететь, оставив Рохлю с открытым ртом и урчащим желудком. Вот же! Какой урод испортил ему охоту?! Какие придурки решили орать здесь?! Могли бы пройти немного подальше! Рохля, движимый яростью и голодом, двинулся на звуки. Чье-то громкое ржание и чья-то не менее громкая истерика. Ну и ну, местные обалдуи какие-то! Дерутся!

    Рохля замер рядом с дракой, один из котов душил другого и применял технику дистанционного поцелуя, а второй пытался выбить из его желудка обед - интересная картина! А Рохля в нее прекрасно впишется!

    Не теряя времени, Рохля подскочил к дерущимся и истошно начал верещать:

    - БЕЙ ЕГО! БЕЙ ЕГО!

    Кого именно? Черт его знает! Рохля за того, кто победит, поэтому до последнего уточнять бить рыжего или бурого он не будет.

    - ДАВИ! ДУШИ! КУСАЙ!

    +10

    10

    - Это я посмешище? Я?! Да ты слюни мои сглотнул, как молочко своей мамочки!

    Сорняк подавился и айкнул, ударенный в пузо, но не потерял хватку. Он не собирался успокаиваться, пока враг не захрипит от нехватки воздуха, пока не станут видны белки его глаз. Нутро кипело уже не столько от злости, сколько от обиды. Как так выходило, что этот дерьмоед смеялся в лицо опасности так самодовольно, словно каждый день какой-нибудь Сорняк пытается его убить и унизить? Кот сам не заметил, как в уголках его глаз проступили горячие слёзы. Перед его глазами проносились все драки, в которых он бывал когда-либо - слишком много драк для такого юного кота. Но не из каждой вышел он победителем - потому что знал, когда надо дать дёру, чтобы спасти свою шкуру. Потому что знал, что такое страх.

    Особенно хорошо в памяти куцехвостого отложилась первая драка за еду. Он был ещё совсем кроха, не евший несколько суток, продрогший, уставший от провальных попыток словить осторожную лесную дичь, так не похожую на беспечных амбарных мышей. И вот, перед ним - какой-то старый одиночка, чья свежепойманная белка была так, так аппетитна. Безрассудный от голода, Сорняк действовал на одних эмоциях и набросился на кота, не выждав момент, не придумав план. А дальше всё было совсем не так, как он себе воображал: его в миг смяли, выбили воздух из груди, держа за шкирку, чужие клыки сомкнулись на его затылке. Он спасся только благодаря панике, благодаря страху смерти, который даровал ему прилив сил вырваться из смертельной хватки, оставив в чужих зубах лишь клок шерсти. После этого, ему оставалось только одно - стать таким же, готовым убить за еду и не только, чтобы боялись уже его.

    - Смешно ему... да что ты вообще обо мне знаешь?! - с клокотом в горле, бродяга резко наклонился и впился зубами в яркое ухо, а когти его стали невпопад полосовать морду, с которой так хотелось содрать это презрительное выражение. "Бойся меня, ну же! Плачь, зови мамочку, моли о пощаде!"

    — БЕЙ ЕГО! БЕЙ ЕГО! - прогремело на фоне. — ДАВИ! ДУШИ! КУСАЙ!

    - Дружки твои пожаловали? Славно, будет кому тебя закопать под любимым кустом!

    +7

    11

    — Это я посмешище? Я?! Да ты слюни мои сглотнул, как молочко своей мамочки!

    — Только вот что-то ты с этого не смеёшься! — теряя терпение, рявкнул Волдырь. Его соперник на взводе, ему это было ясно, и слёзы на глазах Сорняка он заметил. Только не заметил места, в котором это была его проблема. Его не беспокоило, что из-за чего-то личного случайный кот оставит ему ещё пару царапин на и без того драной шкуре, и он больше не думал, что Сорняк хочет его убить. Но почему-то... почему-то просто продолжать царапать противника когтями и языком ощущалось на редкость неправильно. Как будто бы он бил самого себя, только ещё зелёного, не обросшего непробиваемой коркой.

    Волдырь собрался с силами и начал извиваться снова. Цель проста — сбросить с себя нахала. Потому что ну кто будет слушать всерьёз кота, прижатого к земле и что-то вякающего из-под когтей?

    — Смешно ему... да что ты вообще обо мне знаешь?! — прорычал Сорняк и замахал когтями, а зубы его вонзились в и без того ополовиненное ухо. Волдырь болезненно зашипел. Вот что его сопернику стоило выбрать целое ухо и их сравнять? Нет, он хочет это сгрызть под корень!

    Но мысли об ухе занимали Волдыря лишь мгновение, он встряхнулся и сосредоточился.

    Извернуться всем телом. Передние лапы — под себя. Задними — пнуть с выпущенными растопыренными когтями, неважно куда. Волдырь сгруппировался и вывернулся из-под Сорняка. В голове с удвоенной силой застучала кровь. Только б не облажаться.

    — В том-то и дело, что ничего! Только то, что ты неуравновешенный!

    Кот прыгнул и обрушился на противника рыжим огненным шаром, примял к земле своим телом.

    — Что тебя волнует, где я ссу и какое ем дерьмо!

    Лапа с втянутыми когтями рухнула на Сорнякову голову. По глупой черепушке, по длинным ушам с кисточками, одинаковым и идеальным.

    — Что тебе что-то нужно, а как достать это из меня, ты понятия не имеешь!

    За то, что напугал. За то, что отнимает у него время, которое Волдырь мог бы потратить на охоту. По ушам, по ушам, по ушам.

    — Ты это впечатление хотел оставить? Ты вообще думал, чего хотел? У тебя есть возможность ДУМАТЬ, ты знал?!

    Волдырь самозабвенно хлестал Сорняка по ушам, и хвост его хлестал вокруг него рыжим факелом. Подбежавший к ним ещё один серый-полосатый кот нисколько не занимал его и не отвлекал. Друг его соперника, наверняка — такой же громкий. Но раз не лезет в драку — ну и плевать пока на него.

    +4

    12

    — Дружки твои пожаловали? Славно, будет кому тебя закопать под любимым кустом!

    Кого закапывать?! Его уже припахать решили? Да он сам знать не знает кто здесь кто, он услышал драку - пришел на драку! Если его за то что он закопает второго покормят и приласкают - тогда он подумает. А просто так... Нет. Харкнет в рыло, завизжит чтобы отвлечь и даст деру, но копать не будет.

    Батюшки. Тут не просто драка, тут драма.
    Рохля открыв рот сел и развесил уши. Слюни сглотнул? Ну это Рохля видел, это скучно, это уже не актуально... А вот кто где ссыт и какое кто ест дерьмо - это уже интересно, это уже по-нашему. И ведь самое главное, рыжий совсем не отрицает этого! Даже наоборот, он сам об этом сказал! Остальные крики были уже не так интересны, что-то из кого-то достать, что-то думать, что-то знать... Это глупости какие-то, что по-настоящему важно, это:

    — ПАГОДЬ, пагодь! Назад! Где ссал? Какое дерьмо ел?

    Рохля принюхался и его взгляд упал на неописуемо ужасный куст и все верно, именно над этим несчастным дитем природы поиздевался Хохотунчик. Видимо, Истеричку это то ли возмутило и он захотел избить Хохотунчика, то ли восхитило и он решил его зацеловать, возможно досмерти. Странная, какая-то, парочка, но Рохля не осуждает. Все местные бродяги или свихнувшиеся, или в процессе. Один Рохля умный, красивый и не с расквашенной мордой, в отличие от этих двоих! Во дурни!

    — ХОРОШ ДУМАТЬ, ДЕРИТЕСЬ!

    Отредактировано Рохля (25.06.2026 19:51:41)

    +6

    13

    — В том-то и дело, что ничего! Только то, что ты неуравновешенный!

    - А ты - недовешенный! И недоношенный! Недоносок ты, ясно?!

    Сорняк не успел понять, как это произошло, но секундой "до" он прижимал врага к земле, а секундой "после" - сам оказался вжатым в снег, рыхлый и окровавленный от последствий безрассудной хватки. Яростно сплюнув кровь - уже не ясно, свою или чужую, бродяга зарычал от пламенной боли в ушах. Суча лапами, он пытался сбросить с себя рыжего, перекатиться вбок, сделать хоть что-нибудь - но безуспешно. Оставалось лишь брыкаться, подгадывать удачный момент и в злобном бессилии пререкаться с рассвирепевшим и разболтавшимся противником.

    — Что тебя волнует, где я ссу и какое ем дерьмо!

    - Ты сам свои пристрастия перечислил, извращенец!

    — Что тебе что-то нужно, а как достать это из меня, ты понятия не имеешь!

    - Всё я имею! И тебя поимею! И достану из тебя твой длинный язык, чтоб ты заткнулся, и запихну тебе в...

    — Ты это впечатление хотел оставить? Ты вообще думал, чего хотел? У тебя есть возможность ДУМАТЬ, ты знал?!

    - Да заткнись ты! Заткнись, захлопнись, завались, белка протухшая! Лис смердящий! Червяк пережареный!!!

    Фразы сыпались из слюнявой пасти, как камушки вниз по склону, и можно было даже начать отсчитывать, сколько оскорблений, связанных с цветом шерсти противника, Сорняк сумеет придумать в пылу сражения. Будь у него побольше знаний о мире вокруг, то можно было бы добавить гнилую морковку и обветшалый кирпич.

    — ХОРОШ ДУМАТЬ, ДЕРИТЕСЬ!

    А вот это - дельный совет. Бродяга резко вывернулся через плечо и вонзил клыки в очередной раз опущенную к к его ушам злополучную лапу, с намерением прокусить ту до кости.

    +8

    14

    О, Волдырю давно было ясно, что он недовешенный и недоношенный. Как раз из этого все его проблемы. Сорняк ни на что новое и шокирующее не открыл ему глаза, и всё-таки обида цепанула его когтями под рёбра — наблюдательный, зараза, когда не надо. Что ещё скажет?

    — Всё я имею! И тебя поимею! И достану из тебя твой длинный язык, чтоб ты заткнулся, и запихну тебе в...

    Ага, понятно. Его противника серьёзно понесло, и теперь этот поток было не остановить..

    — Белка протухшая! Лис смердящий! Червяк пережареный!!!

    Волдырь почувствовал, как, несмотря на усталость от этой чересчур эмоциональной встречи, он наполняется уважением к Сорняку — или во всяком случае к его словарному запасу. Если вдруг Волдырь в будущем повздорит с кем-то рыжим, будет знать, как сделать эту ссору поинтереснее. И вот незадача, от этих оскорблений одиночку снова начало прорывать на смех, но он заставил себя сдержать этот порыв, и из груди его вырвалось только какое-то неразборчивое квохтание. Смех явно лишь разъярит сильнее его и без того обиженного соперника, а Волдырь не горел желанием продолжать его злить. Не потому, что боялся драться с ним дальше, а банально потому, что происходящее начинало его утомлять. Многочисленные царапины, из которых уже сочилась кровь, измёрзшаяся шерсть на спине, слипшаяся в сосульки, никуда не девшийся голод — а ещё этот непонятный растрёпанный крикун, он тоже Волдыря порядком бесил. В чём смысл стоять рядом и смотреть, почему он просто не поможет своему товарищу, чтобы потом они оба свалили восвояси?

    Обдумать это у Волдыря не получилось — утратив бдительность, он не заметил, как Сорняк извернулся и укусил его в лапу. И вот это было по-настоящему ощутимо, острая боль пронзила промороженные подушечки. Волдырь гортанно зарычал и схватил его зубами за загривок, чтобы выдернуть свою лапу и ткнуть наглую серую морду в истоптанный снег.

    — Хватит. — процедил он сквозь зубы, держа в воздухе прокушенную лапу и вжимая Сорняка в землю тремя остальными. — Достал. Я ничего не знаю про лесных котов, хочешь — иди и у них спроси что хочешь. Выбивай из них ответы, выгрызай, плюйся, только меня оставь в покое. Если делать совсем нечего — пойди поймай мне что-нибудь, я мог охотиться всё это время.

    Он разжал зубы и отскочил от Сорняка — когти наготове, клыки оскалены, из груди рвётся старательно сдерживаемый злобный вой. Волдырь блефовал, он не был готов на повторение, он не хотел повторения. Но надеялся, что хоть теперь его нового знакомца отпустит то, что впилось ему под хвост.

    +8

    15

    А драма все продолжалась, да еще как продолжалась! Рохля наблюдал, развесив уши и открыв рот. Умение оскорблять его брата по цвету шкуры поражал и восхищал, Рохля определенно возьмет часть из них себе на вооружение. А когда Истеричка пустил в ход зубы, Рохля по всем гиеньим законам громко и противно завизжал. Туда его! А кого его? Да неважно, главное что туда его! А если спросят, чего ж он так верещал, скажет... В зависимости от победителя. Рыжий победит - скажет, что переживал так сильно, что аж сердце от страха прихватило. Бурый - так это от победы вой!

    Но судя по всему, победит рыжий. Рохля замер и затаил дыхание, когда Хохотач придавил своего соперника к земле и начал говорить про каких-то лесных котов. Рохля о них что-то там слышал. Что они чет там ходят, кусаются, гонят всех "нечистых"... Короче, одним словом - секта! Рохля туда даже не пытался соваться, как только услышал эти россказни.

    - А че вам эти сдались? Вы эт, закончили?

    Рохля подошел ближе и - прильнул к рыжему, сразу пытаясь сойти за своего. Ему Хохотач уже как родной! Рохля надеялся, что его обидчиков тот точно также уделает, а может и еще пожестче.

    - Жесть ты его уделал! Я, знаешь, знал что ты это, того самого, победишь!

    Рохля тихо замурчал и, на всякий случай остерегаясь того, чтобы его тоже по ушам не огрели, отшатнулся и припал к земле, показывая свою безобидность.

    - Ты типа большая шишка, да? А я тут, это... брошенный..... одинокий......

    +7

    16

    Сердце Сорняка испуганной птицой забилось в рёбра, стоило зубастой хватке сомкнуться на его загривке. Оказавшись обездвиженным, беспомощным, как котенок, бродяга забился в ослепляющем приступе паники: воспоминания о прошлой травме смешались с острой болью нынешнего столкновения, перекрывая ему дыхание. Практически не слушая, что там бормочет рыжий, Сорняк начал исступленно биться, слепо царапая когтями снег и воздух, пока противник наконец не отпустил его.

    Долгое время куцехвостый едва мог отдышаться, его грудь тяжело поднималась и опускалась, пока адреналин постепенно не улетучился, оставив юнца ощущать боль от полученных ран. От физических мук ярость разгоралась только пуще, но драться дальше Сорняк уже не мог. Он и раньше проигрывал, но никогда прежде не был так унижен, так сброшен со счетов, чуть не убит - и отпущен, как надоевшая рыжему игрушка. Ему было по-настоящему страшно продолжать эту схватку. Собрав остатки своего достоинства, Сорняк сплюнул сгусток крови и поднял затравленный взгляд на врага, чьи последние слова наконец-то уложились у бурого в голове.

    - Да всё ты знаешь, лживый урод! - запальчиво взревел полосатый, морщась от боли. - В покое... не будет тебе никакого покоя, ясно?! Оборачивайся на каждый шорох, тварь, я найду тебя и закопаю заживо... И сам своё дерьмо лови! Да пасть раскрой пошире, когда под хвост к дружку полезешь с голодухи, - Сорняк брезгливо покосился на третьего кота, который стал свидетелем его позора и уже вовсю лобызался с рыжим. Сделав вид, что его тошнит от этого зрелища (с театральным спазмом высунув язык), бродяга подгреб лапой ранее брошенную кость и со всей дури пнул её, надеясь, что она прилетит кому-нибудь из них в глаз острым концом.

    Не дожидаясь ответов, Сорняк развернулся и бросился прочь, к подножью холмов - с взъерошенной шерстью, в гневе, избитый и подавленный непосильным бременем унижения.

    -> спустя пару дней - к Тайному Озеру

    +8

    17

    Удивительно — кажется, его блеф сработал. Успокаивая потихоньку своё тяжёлое от схватки дыхание, Волдырь слушал, как на него продолжает ругаться Сорняк — но явно не спешит больше бить. До него не доходило, почему сейчас его соперник выглядел гораздо более подавленным и измученным, чем буквально секунды назад, он сам был слишком взбудоражен, чтобы понять, что задел старую рану. Эта агрессия казалась одиночке нормальной — он сам чувствовал себя после проигранных драк так, будто что-то жгло его изнутри, билось о рёбра, заставляло изрыгать бессмысленные угрозы. Оборачиваться на каждый шорох? О, будто он до этих слов так не делал.

    Пригладив шерсть, Волдырь сел туда, где снег выглядел почище, и принялся аккуратно, почти демонстративно вылизывать лапы одну за другой. Он выпускал длинные когти и слизывал с них чужую кровь, стараясь не оставить ни пятнышка. Позже он пойдёт на знакомое ему место с пахучей травой и вываляется в ней, чтоб прогнать со шкуры невыносимую вонь драки, злобы и крови. Но пока — пока он собирался дослушать до конца. Волдырь соврал бы, если бы сказал, что слушать исступлённые излияния побеждённого им кота не доставляет ему какого-то тёмного, глубинного удовольствия.

    А потом Сорняк наконец скрылся, швырнув в него кость, и Волдырь с неким удивлением заметил, как близко к нему второй кот, тоже маленький, жалкий и растрёпанный. То есть, не так: заметил он в первую очередь не кота, а запах у него изо рта. И это не было сравнимо со слюной Сорняка в его пасти, и всё-таки одиночка сделал слегка брезгливый шаг в сторону, глядя большими круглыми глазами на растрёпыша. Так это всё-таки не друг его соперника?

    — Жесть ты его уделал! Я, знаешь, знал что ты это, того самого, победишь!

    Ну... ладно, наверное? Волдырь не знал, в чём интерес вертеться вокруг незнакомых дерущихся и придумывать, кто победит, пока тебе могут неиллюзорно заехать лапой. Может, нравится этому непонятному коту таким заниматься, кто он, чтобы осуждать. Особенно после того, как сказал, что говно ест. Он с усмешкой повёл рыжим хвостом, прежде чем прижать его лапой и начать вылизывать.

    — Что ж, спасибо.

    А его новый прилипала тем временем не унимался, и от следующих его слов Волдырю стало как-то даже не по себе.

    — Ты типа большая шишка, да? А я тут, это... брошенный..... одинокий...... — и стелется, стелется по земле, как какая-нибудь лоза без опоры, мурча, прижимая уши. Волдырь был тоже брошенный, но ему бы и в голову не пришло говорить о таком буквально незнакомцу. Для других он нисколько не брошенный и не одинокий, а самодостаточный, самостоятельный кот. И пусть так и будет.

    — Я вижу. — тихо фыркнул Волдырь и встал, пользуясь приниженным положением собеседника: теперь он, не слишком превосходящий его размерами, буквально над ним возвышался. — Что, напоминаю тебе мамочку? Ну, если хочется побыть не одиноким, можешь мне птичку поймать. Я тебе за это даже спинку вылижу, а то вон какой взъерошенный.

    Взгляд Волдыря становился всё более насмешливым, всё более безоговорочно мерзким, а он всё продолжал.

    — А если расщедришься мне на кролика, могу даже послушать, кто тебя обидел, и кто отнял у тебя моховые шарики. Только умоляю, не проси меня забрать их обратно, мама устала. А впрочем, за большую жирную рыбу...

    +7

    18

    Батюшки, какая драма... Кто-то наврал, кто-то должен ходить и оборачиваться, да еще и дерьмо свое ловить. Рохля с широко раскрытыми глазами смотрел то на Истеричку, то на Хохотуна. Если за Хохотуном и впрямь будет тень ходить, то Рохле перспектива быть убитым вместе с этим не очень нравится. Может, не того выбрал... Но все-таки решать проблемы он будет по их мере поступления, если и правда придут убивать рыжего - Рохля просто сбежит и пусть тот сам разбирается!

    - Да пасть раскрой пошире, когда под хвост к дружку полезешь с голодухи.

    ...Но все же Рохля благоразумно поджал хвост и прикрыл свою задницу. Нет уж, такого ему не надо. Пусть сначала спасет Хохотун его парочку раз и тогда Рохля может и на такое согласится, но пока - его дерьмо это его дерьмо! И он им не поделится. По крайней мере, пока его дерьмо в его поле зрения.

    Ой, но за вылизанную спинку... Правда Рохле ой как не понравилось то, что его первым делом решили припахать к работе. А рыжий не может сначала ему спинку повылизывать, а уже потом требовать плату за свои услуги защитника? А то выходит несправедливо, Рохля и так голодный, одинокий, недалекий... А тут еду надо ловить да еще и отдавать!

    Уж больно часто, правда, рыжий называет себя мамой. Рохля немного наклонился, набок, чтобы было как бы незаметно и посмотрел под Волдыря. Да нет, все на месте. А че это он тогда?

    - А впрочем, за большую жирную рыбу...
    - Я те где рыбу в снегу выкопаю... - тихо, сквозь зубы прошептал в сторону Рохля и почти сразу, не давая Волдырю опомниться прильнул к нему и принялся мурчать. - А спинку правда вылижешь? Правда? Правда?! Ой, ой, у меня столько обидчиков, да я кроликов здесь в жизни стока не наловлю... Но если ты меня от этих обидчиков защищать будешь, то я че-нить придумаю эдакое... И кролика подам, и ранки залечу...

    И Рохля метнулся в сторону. Он поскакал куда-то по зову голосов в голове. Побрел туда, побрел сюда, а потом увидел заячьи следы... И, не раздумывая, Рохля рванул с места. Еда! Не важно что не ему, может рыжий уже давно смылся с места, тогда Рохля сам этого зайца в одно рыло того-самое! Раз обогнал зайца, два, а затем - хоп! Рохля приземлился на бегуна и укусом перегрыз его глотку. А теперь самое тяжелое... Притащить его Хохотуну и не сожрать самому.

    Рохля старательно тащил зайца в сторону нового защитника (пусть только попробует его бросить...), тихо кряхча и ноя. И когда все-таки притащил, поднял на Хохотуна хитрый взгляд.

    - Ну, мамуль, возьмешь сиротушку?

    Отредактировано Рохля (30.07.2026 19:05:22)

    +9

    19

    Разыгрывая свой жестокий спектакль, Волдырь ожидал, что надавит на чувство собственного достоинства прилипшего к нему котика, заставит его задуматься о том, каким он себя выставляет, и может, пристыженным, смыться. Но его слова приняли за чистую воду, и обалдел уже сам Волдырь.

    — А спинку правда вылижешь? Правда? Правда?! Ой, ой, у меня столько обидчиков, да я кроликов здесь в жизни стока не наловлю... Но если ты меня от этих обидчиков защищать будешь, то я че-нить придумаю эдакое... И кролика подам, и ранки залечу...

    Волдырь поёжился, когда Рохля к нему прижался, и его взъерошенная бурая шерсть смешалась с гладко прилизанным рыжим мехом. Этот избыточный физический контакт обязателен? Помимо того, что на этой полосатой шкуре могли быть какие угодно гадости — он ещё не отошёл от драки, и прижимаясь к нему, Рохля причинял дискомфорт. Волдырь не менялся в выражении морды, но тело его напряглось.

    А потом его новый знакомец (незнакомец, точнее — имени его одиночка всё ещё не знал) метнулся куда-то со всех ног. Замерший в замешательстве Волдырь видел, как ходит из стороны в сторону его серый лохматый хвост. Он... действительно собирается охотиться, да? Вот так, неподалёку от места, где только что с визгами дрались коты? Волдырь фыркнул и тоже побрёл в сторону, принюхиваясь. Он сомневался, что эта лохматая несуразица правда что-то поймает, так что собирался поймать себе что-нибудь сам.

    И на удивление — на этот раз удача повернулась к Волдырю не задницей. Взгляд его выдернул между снега и проплешин травы голубовато-серое оперение голубя. Одиночка был раздражён, он устал, но птица не заметила его приближения, и кот с мрачным удовлетворением вцепился ей в шею — просто удерживая, а не прерывая жизнь. Сегодняшним днём Волдырь был недоволен, и отыграться он вознамерился на добыче.

    К месту, где он расстался с Рохлей, Волдырь голубя не нёс, а скорее гнал, отпуская и снова впиваясь то в шею, то в спину, а то и в крылья, хлопая лапами, вырывая перья. Он истрепал несчастную птицу так, что та уже не могла от него улететь — и, пожалуй, ему полегчало. Так что Волдырь наконец убил голубя, поднял голову, слизывая кровь с усов...

    И глаза его превратились в круглые шокированные блюдца, потому что Рохля стоял перед ним с зайцем. Ну ничего себе.

    Было очень тяжело принять тот факт, что кот, которого Волдырь не принимал всерьёз, сам догнал и поймал зайца. Кот продолжал облизываться, ища слова, выражения, хоть что-то — и наконец со вздохом подвинул голубя к Рохле.

    — Я шутил, чудо ты. Но за зайца спасибо. Мы могли бы поесть вместе, я очевидно один с ним не справлюсь, а ты заслужил то, что поймал. А это тебе... Если предпочитаешь птицу.

    Волдырь тихо вздохнул. Да, это была шутка, но свою часть уговора Рохля выполнил, так что... Была не была. Держа максимально спокойное выражение на морде, он обошёл кругом чудо-охотника и начал, прикрыв глаза, вылизывать его взъерошенный на спине мех.

    +8

    20

    Шутил он, надо же. Прежде чем шутить - надо думать, а то обменял бы что-нить похлеще вылизывания и слушанья сплетен на зайца! Вот Рохля пару раз так пообещал, потом жалел. Теперь если обещает, то или что-то несерьезное, что не жалко, то или готовится заранее драпать куда глаза глядят. А этот Хохотун видать еще не обжигался на этом... Может, что-то более стоящее однажды пообещает и Рохля его на этом подловит. Полезно было бы...

    И его и впрямь начали вылизывать. Да еще и птичку дали! На морде Рохли расплылась довольная улыбка и он начал мурчать, подставляя под язык Волдырю самые грязные и давно не лизанные места спинки. Пообещал? Рохля этим воспользуется!

    - Шутил, не шутил, а слушать те ща придется много, хехе...

    И, прерываясь жеванием голубя, Рохля начал жаловаться. Жаловался он на всех и вся, на котов которые гоняли его со своих "территорий", с домашних, которые однажды пустили его в дом и вышвырнули после того, как он там случайно сломал какую-то штуковину, даже на тех, кто на него просто прикрикнул и прогнал жаловался! Обидчиков у Рохли и впрямь было много и каждого он знал поименно. Это чтоб им икалось каждый раз, когда он свои шрамы вылизывает или байки о них травит! Он не простил и не забыл.

    - ...И этот, жирдяй домашний, я его ваще никак не трогал, ниче не крал даже, а его дружка драного впервые ваще увидел, а потом мне жирный как влепил! Ну ты прикинь, чтоб домашний, да бродягу бил?! Эт где такое видано? Вот ты б его мигом на место поставил! - Рохля уже доел голубя и как бы случайно пытался подставлять под язык уже не спинку, а бочка... А под конец и вовсе перевернулся пузом кверху. - А я тебе мог бы болячки залечить, я так-то много че умею... Ты главное это, защищай меня, договорились? А то меня все колотя-я-ят, никто не люби-и-ит, шерстку только ты мне и вылизываешь...

    Рохля лениво потянулся, вытягивая лапки и хвостик, и хитро разглядывая своего нового защитника... Возможно нового защитника, тот еще не согласился.

    - А еще я умею вертеться... Если удумаешь чет, я могу с тобой...

    +5

    21

    От действия Волдыря его новый товарищ (надо же, какие мысли возникают в его голове...) прямо-таки разомлел, замурчал... Пользуясь тем, что кот смотрит не на него, рыжий одиночка закатил глаза. Во что он только ввязался...

    — Шутил, не шутил, а слушать те ща придется много, хехе...

    Да, он так и понял. Волдырь ускорил отмывание полосатой спины в надежде, что после этого от него отстанут и дадут наконец пожрать — зимой мясо быстро стынет, а этот зайчик свежий, ещё тёплый...

    Но отставать от него Рохля не спешил. Болтал он действительно много, так много, что хотелось спросить: а не выдумал ли он половину своих обидчиков? Откуда вообще взялось столько недоброжелателей у такого маленького котика? Может, он их так своей болтовнёй задолбал, что они все один за другим решали, что это создание от них не уйдёт, если не избить?

    — ...Ну ты прикинь, чтоб домашний, да бродягу бил?! Эт где такое видано? Вот ты б его мигом на место поставил!

    Волдырь тихо фыркнул и наконец оторвался от вылизывания, чтобы ответить Рохле — и заодно вцепиться зубами в пойманного им зайца. Он устал и проголодался, ему нужны новые силы, чтобы пережить этот объём информации.

    — Да ну, не преувеличивай. Я не какой-нибудь боец. Домашние сильные бывают, их кормят хорошо... Вот если ты меня будешь кормить хорошо — тогда, может, я его однажды и стукну, но на будущее не загадывай.

    — А я тебе мог бы болячки залечить, я так-то много че умею... Ты главное это, защищай меня, договорились? А то меня все колотя-я-ят, никто не люби-и-ит, шерстку только ты мне и вылизываешь...

    Что ж, понятно. Он-то надеялся, что предложение охотиться на благо едва знакомого одиночки оттолкнёт доходягу, но нет, тот и на большее ради него готов. Ладно?.. Волдырь всё ещё решительно не понимал, зачем обрекать себя на такое. Он бы никогда так не поступил, и даже думать о подобном было слегка противно, словно кот трогал мозгом, как лапой, давнишнюю падаль. Но его собеседника, кажется, не смущает ничего... В том числе то, что спина его уже закончилась, и он подставлял бока и живот. Которые Волдырь всё равно вылизывал — сложно ему, что ли? Но отвлекался он всё чаще, потому что есть ему хотелось больше, чем развлекать Рохлю.

    Насытившись, кот потянулся и встал.

    — Остальное твоё, охотничек. Молодчина, хорошо поймал. Я пойду пока, но если найдёшь меня — обращайся. Может, однажды уговоришь поколотить для тебя домашнего. Предлагаешь ты интересные вещи, но у меня пока что дела.

    Дел у Волдыря было два: изваляться в траве, чтобы избавиться от запахов, и хорошенько это всё обдумать. Ему не верилось, что Рохля всерьёз предлагает ему... Партнёрство? Или что это такое?

    — Я Волдырь, кстати. Здорово будет узнать и твоё имя.

    Волдырь развернулся и не спеша потрусил куда подальше.

    -скип до вечера перед Советом-

    Дни шли неспешно, холодные зимние дни, в которые Волдырю редко удавалось нормально поесть. Он не был хорошим охотником, признаться себе в этом было тяжело, но что ещё оставалось? Добрая мамаша в детстве учила его различать разные травы, а не добывать пропитание.

    Сегодня Волдырь позавтракал не слишком свежим сбитым на Гремящей Тропе кротом, и плохо ему не стало, но сколько б он ни жевал сухой травы, этот мерзкий запах и вкус всё никак не желал уходить.

    Неплохо было бы найти того полосатого болтуна, которого он всего вылизал, и... может, тот поймал бы что-нибудь снова? Волдырь чувствовал стыд от этой мысли, но она посещала его всё чаще. Так что, заметив знакомый взъерошенный бок среди сугробов, он не прошёл мимо, как сделал бы раньше с любым другим своим знакомым, а негромко его окликнул.

    — Эй. Скучал?

    +4

    22

    А Рохлю и правда ничего не смущало. Ему нравилась его роль чего-то подпевалы, к тому же прям "не лидером" он себя совсем не считал. Уж это Рохля никого за собой не ведет?! Да половину своих покровителей Рохля и втягивал в бандитские потасовки, перед этим предварительно насолив второй половине! Да, часто эти потасовки никому не были нужны и в итоге банды объединялись, чтобы поколотить уже его, но заварушку-то он начал! Так что Рохля еще какой лидер, теневой лидер.

    А еще плюсов от действий за чьей-то спинкой гораздо больше, чем у действий напрямую. Если Рохля будет визжать, что он от Хохотуна, то и злиться будут на этого самого Хохотуна.

    Да и сейчас отнюдь не Рохля лижет бочка, живот и прочие местечки своему новому другу. И кто тут ниже кого-то? Вслух, конечно, он этого не скажет, а то рыжий и обидеться может на правду. Но Рохля об этом подумал и довольно улыбался, что своим подхалимством и пресмыканием заставил кого-то буквально его вылизывать, как какого-то котенка. А ведь Хохотун даже не знает, где была эта шерсть, в каких грязных и мерзких местах... И помойках, и лужах, да даже в чем похуже Рохля успел побывать и сам вылизываться брезговал, предпочитая избавляться от грязи с помощью снега.

    — Остальное твоё, охотничек. Молодчина, хорошо поймал. Я пойду пока, но если найдёшь меня — обращайся. Может, однажды уговоришь поколотить для тебя домашнего. Предлагаешь ты интересные вещи, но у меня пока что дела.

    "Че?!"

    Рохля подавился воздухом и прыжком поднялся на лапы, чтобы уставиться на уходящего рыжего. Ах он..!

    — Я Волдырь, кстати. Здорово будет узнать и твоё имя.

    "Ну и имечко, подстать такому кидале!"

    - Я Рохля. Ну да-да, иди, я тут один... как-нибудь...

    И реально ушел, оставив Рохлю одного. Ладно, видимо его ставка была немного мимо... Рохля вытер нос лапой, фыркнул и сам пошел куда глаза глядят. Это не его Волдырь бросил, а он Волдыря! И вообще ему такой защитник не нужен, который даже домашних поколотить не может!

    < скип к вечеру совета >

    Рохля вылез из найденной норы, отряхнулся, потянулся и уж собирался поохотиться, но вдруг... Увидел вдали какой-то рыжий силуэт. Ну все, его нашли, за ним пришли, нужно готовиться орать и прятаться. Рохля напрягся, вздыбил шерсть и выгнул спину, но прищурившись понял, что это тот самый Волдырь-кидала! И чего он вдруг приперся?!

    - Эй. Скучал?
    - Сам ты Эй, я Рохля. Да пошел ты, ты меня бросил!

    И, не церемонясь, Рохля отвесил легкую оплеуху рыжему. Потому что нечего тут строить из себя хрен пойми что и надеяться, что Рохля его ждал! Ну уж нет, найдет себе кого-то нового, а то этот черт опять пожрет да свалит в закат!

    - Че, голодный, да?! Сам лови! Пошел отседава!

    +7

    23

    > Откуда-то

    Куно потерял счёт времени - скорбь и желание отомстить целиком поглотили его душу, заставляя каждый день размышлять о плане мести. Вариантов было много. Ох, даже слишком много... И напасть ночью, и отравить, и подкараулить - всё это план для бедной Овсяницы, чью морду Куно помнит так хорошо и чётко, что даже собственную мамку так не запомнил.

    Обычно Куно относится к союзникам проще. Они - бродяги, и драки им свойственны; да и Кира не стала первой, кто погиб прямо у него на глазах. Но именно последний состав из Птенчика и Киры стал для Куно слишком особенным, даже в какой-то степени близким. Лидер и сам понимает насколько это ужасно, поэтому старался отвязаться от друзей ежедневно - обижал, грубил и жёстоко шутил.

    Но Кира и Птенчик оставались рядом даже в моменты отвратного поведения Куно, и Куно смирился, приняв в себе несвойственные тёплые чувства. Теперь же с одиночкой путешествует только молоденький Птенчик, с которым Куно старался говорить почаще. А то возьмёт и уйдёт малец, и что ж тогда делать?

    - Здарова, бродяги, - Куно мерзко улыбается Рохле и Волдырю. Отличные коты. Немного на приколе, но и Куно не так прост. - Знал, что найду вас именно тут. Вы уже знакомы с моим Птенчиком? Молод, но хорош! Подобрали его с Кирой какое-то время назад, понравился мне.

    Бурый кот делает ещё несколько шагов навстречу к котам, как только убеждается, что они узнали Куно и не собираются нападать.
    - Сколько мы не виделись с каждым из вас? Много-много закатов, да? Чем живёте? - пока Куно говорит, его взгляд плавно касается каждого: задерживается на рыжей шерсти Волдыря и на забавной морде Рохли. - Я и не думал, что вы знакомы друг с другом. Но это всё лирика, перейдём к главному.

    Куно опускает подбородок к груди и смотрит на старых знакомых исподлобья.
    - Киру убили. Племенной сброд. Тварь кое-какая. Молодая, но, чтоб её, сильная. Поборола мою девку, а после добила, - Куно кашляет и тяжело вздыхает, стараясь набрать как можно больше свежего воздуха в лёгкие. Болезнь бродяги постепенно отступает, но исцеление всё ещё не наступило.

    [nick]Куно[/nick][status]барон рихвальда[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/55/b9/3/t656187.png[/icon][lz]ОДИНОЧКА[/lz]

    +9


    Вы здесь » Warrior Cats: The Voice of Memories » Нейтральные территории » Великие Холмы