— Специально? — переспросил Тенепляс и коротко усмехнулся. — Я не стал бы так бездарно распоряжаться собственным временем. Нет, я просто... задумался, наверное. Задумался — и пришёл туда, куда привели меня всяческого рода тяжёлые мысли. Иронично, что это именно это место. И по счастливой случайности я нашёл здесь ещё и тебя.
Голос Тиса звучал ровно, спокойно, почти равнодушно, словно тот и вправду не видел ничего необычного в том, что брат возник у него за спиной посреди запорошенного снегом поля. Или видел, но предпочитал не показывать этого.
Как удобно.
"Ты не рад меня видеть, — подумал Тенепляс с удовольствием и подозрением одновременно. — Интересно, тебя снедает болезнь или что-то, чего я о тебе ещё не знаю? Не доверяешь мне, брат? Не нравится тебе, что я мог за тобой следить? А что такое, неужели ты что-то скрываешь, помимо своей уязвимости?"
— Бывает... — задумчиво повторил Тенепляс. — Забавная характеристика. Очень удобная: всё можно объяснить этим самым "бывает". Не поймал кролика — бывает, заболел — бывает. Потерял что-нибудь важное... тоже бывает.
Он умолк, сверля Тиса взглядом. Продолжая улыбаться, сделал несколько шагов в сторону, обходя брата по дуге и разглядывая, словно диковинную зверушку. Или примеряясь, куда ударить — но ведь Тис не заподозрит родную кровь в возможном предательстве? Тем более, что сам он не лучше. Наверняка, наверняка он что-то замышляет, зная, что его не воспринимают всерьёз.
У них никогда не получалось по-нормальному сладить, сблизиться. Тис всегда был немножко в стороне, вот и сейчас он отдалялся, был нейтрален, но словно бы чертил между ними невидимую границу, где сам был на стороне добра, а Тенепляс — на стороне злоумышленной слежки и всякого прочего непотребства.
"Или я слишком много чести тебе отдаю? — подумал воитель, склонив голову к плечу. — Может, я слишком сильно верю в то, что ты способен на что-то, кроме скромного жития в чужой тени, без целей и амбиций? Это ведь ты, Тис. Просто наш младший брат. Скучный, одинокий, мало на что годный. Как думаешь, по тебе будут плакать так же, как плакали по Белошейке? А по Жучишке? Терзающий Звёзды проронит скупую слезу на Бдении? Хотя знаешь, если я прихлопну тебя прямо здесь, Бдения не будет ещё долгое время. Все успеют про тебя забыть, буду помнить только я. Про тебя — и про то, где закопаны твои тонкие косточки. Природа циклична, она возьмёт с тебя своё. Может, прорастёшь красивой яблонькой. Или красным маком?"
— Терзающий Звёзды в последнее время сильно изменился. Ты не находишь?..
Он неспешно приблизился ещё на несколько шагов, подставляя Тису свой бок. Осмотрелся, словно проверяя, нет ли здесь лишних ушей и глаз. Было бы неприятно так легко попасться.
— Это одна из тех тяжёлых мыслей, что преследует меня последние дни. Да, он поражён болезнью, но это не то, что меня беспокоит...
Смотреть на Тиса было тяжело. В глубине души Тенепляс жалел его, но всё больше в ломкой болезненной фигуре брата он искал не повод посочувствовать, а те изменения, что могли повлиять на предводителя. Болезнь не делала Тиса другим: она лишь снимала с него всё лишнее, выставляя наружу то, что прежде умело скрывалось за силой привычки и крепостью тела. Тис всё так же был молчалив, всё так же упрямо сносил любую тяжесть, предпочитая скорее надорваться, чем попросить помощи, держался особняком, и именно эта неизменность почему-то казалась Тенеплясу особенно оскорбительной.
Терзающий Звёзды действительно изменился, это было очевидно. Стал мягче к слабым. Может быть, что-то случилось на посвящении? Может быть, на него повлиял кто-то мёртвый, а не живой?
Эта мысль уже несколько дней возвращалась с удивительным упорством, всякий раз всплывая там, где Тенепляс меньше всего ожидал её встретить. Он прогонял её, раскладывал на части, пытался объяснить всё усталостью, болезнью, собственной досадой, недавним разговором, однако мысль неизменно собиралась воедино вновь, точно изначально была устроена так, чтобы её невозможно было уничтожить.
Неприятное свойство для мысли. Почти живое.
Впрочем, если посмотреть внимательнее, никакой загадки не существовало, ведь Тис не сделался умнее, не научился говорить убедительнее, не превратился в выдающегося воителя за одну ночь. Следовательно, изменился не источник, а тот, кто на него смотрел. Терзающий Звёзды.
А изменит ли в нём что-нибудь смерть Тиса? Если предводитель опирается на него, нужно обязательно выбить эту опору из-под ног. Убивать Тиса Тенепляс в действительности не то чтобы хотел, но видел в этом особенный смысл. Упрощение ситуации для себя, возможность снова занять релевантное место.
Никто ведь не видел, как Тенепляс уходил из лагеря след в след за братом? Значит, никто на него и не подумает. А если разыграть всё так, словно на них кто-то напал? Да, было бы отлично. Наверное, это была огромная хищная птица! — и это объяснило бы, почему никто не нашёл тело Тиса.
"А ещё было бы иронично заманить тебя на Лунный Склон и столкнуть вниз, — подумал Тенепляс умильно. — Это разбило бы Терзающему Звёзды сердце. Но я обязательно склеил бы его обратно твоей кровью, Тис. Мы же, всё-таки, братья".
Отведя взгляд в сторону и будто бы потеряв к едва начатому разговору всяческий интерес, Тенепляс лениво провёл хвостом по снегу, разглядывая Полумостик, видневшийся вдали, так внимательно, словно на самом деле сюда его привели исключительно мыслительные блуждания.
— Ладно, не бери в голову, дорогой. Это всего лишь мысли. Они имеют скверную привычку приходить без приглашения и требовать к себе повышенного внимания.
Он улыбнулся почти виновато, как улыбаются случайно сказанной глупости, и даже отвернулся вполоборота, предоставляя Тису возможность вновь заняться охотой или, если тот пожелает, уйти. Всё должно было выглядеть так, словно разговор подошёл к своему естественному завершению: этого Тенепляс добивался.
Хищник редко бросается на добычу в тот миг, когда она напряжённо следит за каждым его движением. Гораздо разумнее позволить ей поверить, будто опасность миновала, будто всё уже закончилось, и теперь можно безбоязненно отвернуться.
Одного удачного мгновения будет достаточно, чтобы молниеносно атаковать. Если Тис опустит голову. Если сделает шаг в сторону, подставляя шею. Если вновь отвлечётся на запах кролика... Тенепляс ощутил, как привычно напряглись его крепкие, не поражённые болезнью мышцы под шерстью, готовые в любой миг выбросить тело вперёд одним коротким, безупречно выверенным прыжком. Глаза у него заблестели азартом и злобой.
Именно в этот миг где-то неподалёку послышался хруст снега под чужими лапами. Тенепляс замер раньше, чем успел дёрнуться вперёд в попытке наброситься на Тиса. "Проклятье!"
Едва заметно выдохнув через нос, он заставил напряжение покинуть плечи и с самым невозмутимым видом вновь повернул голову на звук, словно всё это время был занят исключительно беседой, а не мысленно подбирал лучший способ оставить тело брата под толщей снега.
— Смотри-ка, ещё гости. Кажется, сегодня тебе не удастся уединиться! — он сдержанно хихикнул, разряжая обстановку, и скосил взгляд на Тиса. — Сама глашатая решила посетить нас. Не волнуйся, я не расскажу ей про твою маленькую неудачу на охоте. Кто без греха, особенно во время болезни, правда?
Хмуролика вскоре вынырнула из-за сугроба, направляясь к ним с неумолимостью Чудища Двуногих, и Тенепляс, не переставая улыбаться, наморщил морду. Надоедливая, бестолковая кошка. Неужели так сильно нужно было ей прийти именно сюда и именно сейчас? Звёздным племенем ведомая, не иначе. Она смерила Тенепляса взглядом, полным обещания, и Тенепляс блаженно расплылся в улыбке. "Да что ты, милая? Неужто ты что-нибудь заметила? Ведь тебе же хуже..."
— Уже ухожу, — отчитался он, шутливо поклонившись глашатае. Та окрысила на него клык, но ничего не сказала. "Всё ещё обижаешься за лысого старика? Ох, и тяжело тебе будет усидеть там, куда тебя посадил Терзающий Звёзды..."
Лёгкой поступью, пройдя почти впритык к Хмуролике, Тенепляс ушёл прочь.
→ скип к Совету
Отредактировано Тенепляс (31.07.2026 23:02:02)