Здравствуй, Играющий, уже обосновался, я смотрю?
Он только молча улыбается Щуке неискренней, картонной улыбкой. Ему плевать на взгляды других и их мысли сейчас, если Щука ставит его в неприятные положения, из раза в раз ускользая от разговора, то он тоже будет доставлять ей неприятности. Она первая решила вести себя, словно им десять лун. Что же, он без проблем поддержит ее идиотскую игру.

— я не бегаю от разговора
— Ага, — безразлично пожимает плечами.

Он пытается заставить себя сдаться. Если Щука не желает иметь с ним ничего общего, если их дружба (а она, пусть и была запятнана, но все же существовала!) ничего для нее не значит, то какого леща он вообще унижается? Бегает за ней, точно щенок за двуногим, и просит о милости. Умоляет снизойти до разговора.

Играющий фыркает неуважительно и отворачивается, чтобы взглядом поприветствовать приближающихся Солнцеликого и Лилейноцвет.
ваш путь ведёт к Реке.
Работа есть работа. Он выполнит любой ее приказ, касающийся жизни племени. Он не обязан впадать в щенячий восторг от этих приказов и радостно прыгать вокруг Щуки, заглядывая ей в рот, как делают это члены лягушачьего семейства. Играющий не винит их за эти чувства, ведь их Щука пока еще не предавала.

И, пожалуйста, позаботьтесь об оруженосцах. И Играющем.
Воитель цыкает и закатывает глаза. Звездный Край вернул ему должность без испытательного срока и не понижал. За прошедшую луну двуликий исходил столько троп, что подушечки его лап успешно загрубели обратно, а шерсть загустела от прохлады. Ему не нужна подобная забота, спасибо-пожалуйста.
Чувствуя, как подступает желание зарычать, Играющий, раздраженно передернув плечами, замирает перед Лилейноцвет, старательно напяливая на свое двуцветное лицо дружелюбное выражение. Ей оно конечно не сдалось, его дружелюбие, но Жемчужина заслужила ободряющего взгляда. Младшая подходит, и Играющий улыбается ей невесомо.
А после покидает поляну, не оборачиваясь. Его мутит от мысли, что кто-то из них может не вернуться в этот лагерь.

—> река

Отредактировано Играющий (01.04.2026 10:39:16)

В ушах звенело от количество голосов, произносящих её имя. И пусть общий гул уже стих, а ветви прибрежных деревьев перестали транслировать эхо через все территории речного племени, Щука всё равно прижимала уши к голове, будто думала, что так ей будет проще улавливать чужие разговоры. И всё же, она была рада двум вещам: отряд не стал задавать вопросы; Играющий не стал разводить на диалог при всех. Подушечки лап кольнуло. Щука выдохнула.

Первый указ – первая миссия – не первые шаги к спасению племени после долгих попыток выбраться на берег после Бури. Тем не менее, что бы Речное племя не делало – все эти шаги были слишком маленькими и практически незаметными. И если раньше Щуку это волновало меньше, то теперь, когда Звёздный Край радушно предоставил ей чуть больше власти, тело кошки сдавило грузом ответственности.

В первую очередь, Щука не должна подвести себя.

Она проследила за уходящими из лагеря хвостами двух отрядов и, как только за поворотом исчез последний из них, вздохнула. Лапы точно сковало: оставшись на месте, Щука еще с какое-то время наблюдала за выходом из лагеря и раздумывала, не отправить ли следом в желании проконтролировать каждого, чтобы не пришлось искать, как вытащить подлёдных котов. Но заставила себя перестать переживать обо всём на свете. Пора привыкать к новой ответственности.

Не только Квакуше надо становиться лучше – Щуке придётся пережить это тоже.

Поднявший, глашатай размяла мышцы, удивлённо подумав о том, что они стали словно каменные. Она ощущала каждый свой шаг как первый, и старалась не выдавать бурю эмоций, плескающихся где-то на задворках сознания. Затем огляделась по сторонам, посчитала по головам, кто из котов остался в лагере и кто на вид свободен. Вспоминая, как это делал Ласточка, Щука раздала указания по патрулям, снабдила информацией о том, где проще пройти сквозь снежные завалы, а где ещё не ступала кошачья лапа в сезон Голых Деревьев; посоветовала быть осторожными – слова слетели с губ быстрей, чем глашатай удивилась: любовь к племени преображалась внутри Щуки, будто она стала той, кого когда-то давно стремилась уважать.
И, наконец, повернулась к целительской палатке.

Если отряды по дичи отправлены, по обновлению меток – тоже, остаётся не менее важный (а к Сезону Голых Деревьев он становится более важным) – вопрос: целительские травы. Щука сморщилась, вспоминая как Буря забрала много важных свёртков, но так и не узнавала, добрали ли целители до нужного. Хотела было обратиться к Воркотушке, но помня её смурной нрав, побоялась, что этот диалог выльется, скорей всего, в перебранку, и Щука не узнает истины.

- Лазоревка, - пусть Щука и отвергала прошлое недоверие, а Лазоревка всё ещё был для неё свёрнутой гусеницей, и найти способ его раскрыть, Щука не могла. Не потому, что не получалось – она сама не находила сил, вспоминая о Выдролапе и его нечистокровности; о Ласточке и его нечистокровности; о том, что кровь одиночки может недодать важных навыков, и ещё один соплеменник падёт от… чего-нибудь: - ясного неба над головой.

Она начала издалека, и по мере приближения разглядывала мельтешащих под ногами целителя котят. Вспоминались дни, когда на их месте было лягушачье семейство: Щука издала смешок. Теперь, это дети брата Лилейноцвет. Теперь это дети её «брата».
- Малышня, поиграйте с папкой, у меня есть важный вопрос к нашему целителю. Говорят, если этот вопрос услышат те, кому он не предназначается, то у них вырастут плавники и жабры – как у рыбы. И тогда они не смогут жить среди своего племени. Здравствуй, Выдрохвост.

Она кивнула головой своему брату по дальней крови, затем сделала ещё несколько шагов назад и взмахнула хвостом, приглашая Лазоревку отойти подальше. После этого, развернулась вполоборота к целителю, всё еще предпочитая стоять подле его «волосатой» стороны: - как Ласточка? Как травы? Всё на месте? Может, нужна помощь?

Ворох вопросов, точно осенних листьев, вывалила Щука на Лазоревку, поёжилась и точно представила, сколько всего может уходить на её предшественника; а сколько может остаться на сезон холодов, что ещё и не начинался в полную силу.

Отредактировано Щука (01.04.2026 20:27:48)

Из скипа прошу прощения за задержку

Он еще не привык. Минули бесконечные два рассвета с момента, когда его мир, закончив по кусочкам отслаиваться, окончательно погрузился во мглу, и с тех пор в него не просочился ни единый солнечный луч. Тени, которые обещали проскакивать перед его взором, канули во мрак и стали его частью.
Он больше не видел.
Сколько бы усилий не приложили целители, сколько бы раз он не моргал, надеясь, что с очередным открытием глаз зрение чудесным образом вернется — все было тщетно. И оттого особенно болезненно и горько.
Он чувствовал себя ничтожным.
Бесполезным.
Жалким.
И с большим трудом принимал чужую близость и заботу, как признаки своей новой выявившейся неполноценности.
Они знал, что последует дальше.
Он знал, что этот день настанет.
Согласие далось ему непросто. И сейчас он сидел сгорбившись, не поднимая головы, будто бы опасаясь, что кто-то увидит его опустевший взгляд и все поймет — но все и так знали: от племени невозможно скрыть, что глашатай резко теряет зрение, что еще немного — и беспросветная мгла.
Молитвы тоже были бесполезны. Предки не помогли ему. Никто не помог.
Такова жизнь.

Он не хотел находиться здесь.
Собрание началось так обыденно, что, услышав первые слова, невысокий кот не знал, куда себя деть. Раз-два, раз-два, раз-два. Он поежился, и все-таки заставил себя расправить плечи и вскинуть голову по направлению голоса предводителя. Многообразие запахов, шум голосов. Чем больше на поляне было котов, тем более растерянным и дизориентированным Ласточка себя ощущал. Он ждал. Предпочел выбрать тактику "замри" и придерживался ей до конца, даже когда мимо прошел хромающий отец — Ласточка чувствовал, как от его шерсти исходят колючие волны раздражения.
Даже когда рядом сели Лебедь и Цапля. Глашатай (пока еще глашатай) поджал губы, но не смог произнести ни слова. А что бы он сказал? "Хорошая сегодня погода?" На самом деле, он не знал. Лишь чувствовал прохладу и щипание снежинок. А еще отсутствие многих запахов.
— Вы наверняка заметили, что мой глашатай, Ласточка, не в лучшем состоянии.
"Лучше бы ты промолчал".
Когти погрузились в мерзлую земли, в горле встал ком. Хотелось попросту раствориться.
— Я все еще жду, что ты сходишь со мной на охоту.
По спине пробежали мурашки. Ласточка сцепил зубы, чтобы не позволить себе эмоциональный порыв, когда теплый голос брата опалил ухо. Он только пару раз кивнул, коснулся Лебедя кончиком своего тонкого хвоста, неровно выдохнул. Это был его маленький способ сказать "спасибо".
Потом коснулся хвостом Цапли.
Так странно. Он никогда не мог усмотреть этого поворота жизни. И вот они...
— Вы будете хорошей семьей.
За мгновения до следующих слов.

— Ласточка отправится в палатку старейшин. А новым глашатаем станет Щука.
Он знал, что его оставшаяся жизнь пройдет на задворках, пока он будет вслушиваться в такие же голоса поздравлений, как слышал сейчас.
— Щука! — присоединился он к хору голосов. Но те теперь казались такими далекими и недосягаемыми.
Он не заметил, как Звёздный Край подошел к нему. Лишь в один момент почувствовал его близость и зажмурился, позволяя коту оплести себя и стать своим проводником. Сердце забилось чаще. И палевый кот зажмурился, чтобы подавить порыв к всхлипу.

— Похоже, ты решил брать еще младше, чтобы нового глашатая точно не пришлось отправлять в палатку старейшин.

Он был привычно оборонительно язвителен. Проще проворчать какой-то комментарий, одарить другого порцией яда, нежели признать: "Я подвел тебя". Они оба знали, что подвел. И Ласточка с большим трудом сдерживался от порыва рассыпаться в словах, мольбах и клятвах, — но они оба знали, что это решение будет лучшим для всех.
Палевый кот уткнулся носом в плечо предводителя.
Поежился.
— Пообещай, что не оставишь меня, — тихо мяукнул, переступая с ноги на ногу. И позволяя увести себя в палатку старейшин, плотнее переплетая свой хвост с его.

-> Палатка старейшин

Отредактировано Ласточка (05.04.2026 09:17:47)

Щука растянула губы в улыбке, лишь в половину удовлетворённая ответом Лазоревки: она ожидала не того ответа, коим целитель Речного племени её наградил. Но, махнув головой, Щука не стала выражать своё недовольство или разочарование: ей хотелось как можно скорей покинуть лагерь Речного племени и сделать что-то хорошее во благо того, что увидел в воительнице больший потенциал, чем видели другие.

- Нет, не растут. Но иногда молодым умам не стоит знать, где и чего не хватает, чтобы нам всем в дальнейшем избежать вопросов от… Более взрослого поколения, - протянула кошка и кивком головы приняла ответ Лазоревки. Нахмурилась.

Несмотря на то, что для Щуки ответ более чем был ожидаем, она всё равно нервно оглянулась по сторонам, будто прямо сейчас была на цветущем поле в поисках трав. Заснеженные просторы Речного племени отрезали целителей от ожидаемого улова в виде корней, листьев и прочих лечебных штук, и любой негативный ответ выдавал внутри массу неподдельных эмоций.
Впрочем…

- Раз часть пришлось выкинуть – восполним тем, что растёт в Голые Деревья. Не вымрем, - Щука была настроена решительно. Кивнув Лазоревке в немом согласии несмотря на то, что это она сама предложила помочь, Щука поймала взгляд внимательных глаз.
Глашатай старалась не фокусироваться на ожогах – то было не в новинку, и многие воители, в конечном итоге, награждали себя и более странными, более страшными отметинами. Казалось Щуке, чем больше рассматривались чужие увечья, тем более уязвимым ощущал себя травмированный. По крайней мере, будь на месте Лазоревки сама глашатай – она бы чувствовала себя неуютно.

Щука отпустила Лазоревку к Воркотушке без слов, потопталась с ноги на ногу и постаралась вспомнить, где она могла видеть что-то отдалённо похожее на растения и травы, которыми врачеватели кормили больных. Щука не оставалась на месте: подождав буквально мгновение с тех пор, как хвост Лазоревки исчез в кустах, кошка прошлась вперёд-назад, глянула на играющих котят – Буревестницы – Выдрохвоста и Пшеницы.
Ей не пришлось долго ждать Лазоревку – только заприметив на периферии зрения замаячивший силуэт целителя, Щука кивнула и подстроилась под темп.

- Пришлось научиться, - улыбнулась она, вспоминая о далёких приключениях с Лилейноцвет и их побегах от собак: - есть идеи, куда пойдём?

>> за Лазоревкой – поляна у леса

<— Озерное древо

Жаболапка, гордо держа стратегически важную водоросль, вошла на главную поляну. Солнцеликий направился к куче с добычей вместе с пескариком, а ученицы поспешили к палатке оруженосцев.

— Куда повесим? Может куда-нибудь над Лягушкой? — задумчиво мяукает дымчатая, придирчиво оглядывая раскинутые стебли. — Ночью проснётся, подпрыгнет, а его намотает, — хихикнула Жаболапка свой коварный план. Настроение мигом стало лучше. — Ну-ка, помоги закинуть, — обращается к Квакуше и вместе они на раз-два закидывают водоросль на висящий стебель. — Вроде крепко, проверим в деле! — решает Жаболапка.

Усевшись у входа в палатку, ученица плотно прижимается к Квакуше, чтобы согреться. Тепло сестры успокаивало, и довольная Жаболапка начинает вылизывать ушки Квакуши.
— Как думаешь, замёрзло всё озеро? — умиротворяющее улыбается дымчатая, стреляя усами. — Можно ли по нему добраться до наших соседей, м? Как думаешь? Сами они трусишки, на лёд не выйдут, — хихикнула кошечка. — А мы можем кататься по нему, сколько влезет!

>> поляна у леса

- Я умею влезать в чужие разговоры и извлекать их них подчеркнуто важную информацию. Это, конечно, не то, чтобы хороший подвиг, и в нынешнем статусе мне благоволит забыть об этом. Но мы же не говорили, что будем перечислять только хорошее. – Щука хмыкнула и прищурилась, стараясь вспомнить, что ещё она умеет сверх нормы: охотиться на рыбу – примерно также, как и любой среднестатистический воитель; учить оруженосцев уму разуму – о, это она любит. Может разве что: - Я умею вычислять по изменению климата, когда у щуки начинается нерест. Самый вкусный улов. Однажды не повезло, и щука оставила мне на память шрам, - она лукавила, шрам оставила Щука, но не та: - и, конечно, своё имя. Осинник умеет считывать лес. Я до сих пор не понимаю, как он умудряется замечать каждое изменение. Или не каждое. Или не изменение, но, когда он начинает говорить – я начинаю таять.

А здесь она не лукавила. Подмигнула воителю, одобряя его интерес к наблюдению, будто бы не она любовалась изредка, встречаясь на территориях Речного племени с Осинником, но не выходя к нему – в тени деревьев наблюдая за замершим и обернувшемся во слух котом. Она не скажет ему это. Никогда – слишком дорого воспоминание.

- Жаль, лечить котов не умеем. Но зато у нас есть два способных целителя, которым помощь пока не нужна. Разве что совсем чуть-чуть?..
Глашатая игриво зажмурилась в довольстве: нынче не каждый может похвалиться полноценным составом целителей, если то не поменялось: как знать, может на Совете Остроглазая представит своего ученика, а Морозец предстанет перед племенами с новым именем. Как знать.

Щука дёрнула ухом, улавливая слова Лазоревки о домах двуногих. Обожженный кот ждал реакции, и глашатая дала её – краткий быстрый взгляд, считывающим эмоции на морде, наклон головы: немой вопрос. И, получив ответ, довольно фыркнула: - Мне нравится ход твоих мыслей. Я с радостью сходила бы к гнёздам Двуногих на исследование. Что скажешь, Осинник?

Поход за чагой, в этот раз, выдался куда плодотворнее. Три кота справились быстрей, чем два, а приноровившаяся за первую попытку Щука, уже более точно подковырнула древесный нарост с дерева. Она была почти довольна. Почти. Если бы только не коснулась взглядом понурую Воркотушку.

Или ей только показалось?

Щука проследила за пёстрым хвостом Воркотушки и напряжённо дёрнула усами. Она набрала в грудь как можно больше воздуха, чтобы окликнуть ученицу целительницы, но не выпустила ни звука из глотки в её сторону.
— Вот оно как. – подытожила кошка, а затем осеклась и кинула взгляд на Осинника: - значит, я на тебя плодотворно влияю.
Она то ли спросила, то ли констатировала факт, улыбнулась краем губ и прикрыла глаза. На вопрос не существовало ответа, а факт говорил о себе сам: в светящихся глазах Осинника; в его уверенной постановке лап. Щуке было бы грустно, если однажды его тёмно-рыжая осенняя шкурка оказалась в пасти забежавшей на территории псины. Впрочем, она не стала говорить об этом вслух.
- Белка ворчала на тебя, Осинник, потому что ты отнимаешь у неё занятие на зиму. Она боится, что однажды большая рыжая котобелка заберётся к ней в дупло. И заберёт всю заготовленную еду. Впрочем, если вдруг куча с дичью окажется пустой к середине Голых Деревьев – я направлю тебя патрулировать беличьи норки. Шишки и орехи, знаешь ли, тоже питательная еда. И, вдруг, что-нибудь, да даст целителям. Да, Лазоревка?

Впрочем, продолжать диалог Щука не стала. Вместо этого она подхватила чагу, и их отряд направился домой. Краем глаза Щука выглядывала средь снега разноцветный хвост ученицы Лазоревки, потому что хотела проконтролировать, чтобы с Воркотушкой во время возвращения в лагерь ничего не произошло. Временами она неловко подпихивала Осинника плечом в дружеском жесте; временами, касалась хвостом Лазоревки, то ли заземляясь о него, то ли стараясь сократить некогда существовавшую дистанцию.

Лагерь встречает их запахами дичи. Глаза глашатаи округлились, как у маленького котёнка, когда она увидела, что оба патруля вернулись с луной, и ни один из них не потерял оруженосцев и воителей: по крайней мере каждого Щука посчитала по головам. Она взмахнула хвостов, привлекая к себе внимание, а потом посмотрела на Лазоревку с немым вопросом о чаге. И помогла донести до целительской палатки.
- Видели? – прошептала Щука заговорщически, будто не соплеменники, а она сама наловила рыбы: - кажется, нынешний сезон соблаговолит нам. Пойдём посмотрим.

Рыбы было немного. Но для наступившего сезона Голых Деревьев – достаточно. Пытливым цепким взглядом Щука заприметила среди переливающихся чешуек знакомые ей силуэты рыб и изогнула губы в довольной улыбке: спящая рыба, бороздящая в сезон Голых Деревьев дно, ныне красовалась в лагере. В быт ученичества Щука бы с радостью нырнула в прорубь с головой, чтобы вытащить такую. Сейчас же она остепенилась.

- Вы чего там шушукаетесь? – внезапно распушила усы глашатая и кинула взгляд на Жаболапку и Квакушу. – Это было не соревнование. Вы все неплохо поработали. У меня есть идея.
Глаза глашатаи игриво блеснули. Она вытянула шею и глянула на Играющего с вызовом – если он все ещё хочет с ней поговорить, то должен принять её новую игру.

- Сезон Голых Деревьев может и показался кому-то скупым на дичь, но я, если честно, думала, что вы вообще ничего не принесёте. Ничего личного, снег не располагает на плодотворную охоту. Был бы сезон Зелёных Листьев – я бы хмуро посмотрела на каждого и поцокала языком. Но я – довольна. Давайте погадаем на косточках. Лазоревка?

Щука кинула взгляд назад, выискивая среди соплеменников горелую морду целителя: - может быть ты знаешь какие-нибудь… пояснения к тем или иным косточкам? Я знаю парочку. Но-о я ничего не скажу, пока не вкусите рыбку. Ну разве что – немного. Кто сможет переломить хребет за один укус, того ждёт удача ближайшие шесть лун. А если вы разделите с любимым котом кусочек, и вам попадётся треугольная косточка, значит ваш союз одобрен Звёздными Предками. Но это детали.
Щука склонила голову, приглашая целителя, на чьей морде она заметила тень удивления, присоединиться к их гаданию. Уселась на холодный снег, обвивая лапы хвостом. И выпрямилась.
- Если покажете нам с Лазоревкой косточки, мы сможем рассказать вам о дальнейшей жизни. Главное – скажите сразу, на что именно вы гадаете: любовь, удача, может быть успех в свершениях? Ученики могут гадать на ближайшее посвящение. Звёзды прислушаются к вам и обязательно передадут Звёздному Краю, когда вы будете готовы статьи воителями.

Она была довольна: плодотворная помощь целителям и немного рыбы в куче с дичью давали свои преимущества. Сегодня Речное племя не умрёт. Завтра? Завтра она будет готова в одиночку отправиться к ледяным норкам и выловить своими лапами всё озеро, чтобы накормить Реку.

ОФФ: Уважаемые квестовики-затейники, в течение недели у вас есть возможность отреагировать на предложение Щуки и погадать на пойманной рыбке (не важно, кто поймал, сгодится любая рыбка, даже если её разделите между собой). По окончании недели мы с Лазоревкой принесём в постиках ответики на попавшиеся в рыбке косточки или любые знаки, которые ваши котики могли заприметить.

Возвращение Щуки и Лазоревки обрадовали Солнцеликого - наконец-то он побудет в компании друга, да и глашатае сможет отчитаться.

Рыжик очень рад, что именно ему доверили Квакушу, и обе девчонки хорошо справились с рыбалкой, хоть и поймать удалось одного-единственного пескарика. Скажем так, важнее получить опыт, нежели действительно что-то словить.

- Щука, Лазоревка, привет! Как сходили? - Солнцеликий неловко обвивает свою заднюю лапу хвостом и опускает взгляд. - Мы с Жаболапкой и Квакушей отлично потренировались и поймали пескарика.

Солнцеликий пододвигает лапой рыбёшку и начинает её рассматривать, параллельно слушая объяснения Щуки о гадании. Затем добавляет некоторые нюансы и Лазоревка, поэтому воитель выглядывает лучшее место для укуса.

- Жаболапка, Квакуша, мы втроем поймали эту рыбку, поэтому будем гадать по ней вместе! - кот облизывается и пододвигается к сестричкам. - Привет, Лягушка! Хочешь с нами? Я думаю, что пескарика хватит на всех... А где Прыголапка?

Кот опускает шею и кусает пескарика у самого хвоста, вытягивая небольшую косточку.
- Щука, я хочу погадать на... - смущается и мнется, прижимает лапы к голове. - Ну... Я хочу погадать на...

Тяжело вдыхает воздух и пытается найти силы на продолжение своей просьбы.
- Я хочу погадать на любовь, - булькает котик и испуганно прижимает плечи к ушам.

Теперь все знают, что ему кто-то нравится... Щука и Лазоревка об этом знают, но всё-таки...
В общем-то, получилось немного неловко, но интерес преодолевает страх, который слабыми волнами проходит по всему телу Солнцеликого, заставляя того подёргиваться.

Лягушка свалился на них как снег на голову: как всегда резко и неожиданно. Он плюхнулся рядом, и Жаболапка, урча, подставила свой бочок ему поближе, чтобы самой согреться и его заодно пригреть.
— К битве? — ушки дрогнули, когда она выцепила словечко из его громкой речи. — Думаешь, она будет? Интересно, с кем: с племенем Теней или Ветра? Мне больше нравится Сумрачная территория, ведь она вся такая земноводная, — довольно хрюкнула Жаболапка, посмеиваясь.
— Надеюсь, поймали мне рыбку‑другую. Невероятные охотницы прыголесья, — похоже, Лягушка сегодня был в ударе.
— Ты чего такой дерзкий? Давно не получал что ли? — нахмурилась ученица и тыкнула брата в плечо.
- А мы вот были на зимней рыбалке! Бобр ещё тебя на такую не водил, — нашлась с ответом Квакуша, утирая нос Лягушке.
— Так то да! — довольно нахохлилась Жаболапка. — Это было самое настоящее поручение Звёздного Края и Щуки! — решила добавить она, чтобы Лягушка оценил их значимость в племени. — А вообще, — поёрзала дымчатая, кое о ком вспоминая, — вам не кажется, что Прыголапка от нас как-то отдалилась? Может она нас избегает? А вдруг она влюбилась? — и сморщила носик.

Впрочем, обсудить этот вопрос более детально у них не получилось, ведь вернулась Щука и живо застала их за шушуканьем. Но, кажется, она не была расстроена тем, как мало они все принесли рыбу. «И правда. Это всё Сезон Голых Деревьев виноват!» На словах о гадании Жаболапка с удивлением переглянулась с Квакушей и Лягушкой. Такого она точно не слышала раньше! Слова Лазоревки ещё больше заставили её ощутить приятное волнение.
— Жаболапка, Квакуша, мы втроем поймали эту рыбку, поэтому будем гадать по ней вместе! — очень кстати рядом с ним вновь образовался Солнцеликий. — Привет, Лягушка! Хочешь с нами? Я думаю, что пескарика хватит на всех... А где Прыголапка?
— Вот и я думаю, где Прыголапка, — задумчиво мяукнула Жаболапка, цепляясь за важную мысль. — Надеюсь, она на нас не обижается за... что-нибудь. И не гуляет сейчас на свидании, а то, получается, она нам ничего не рассказала, что влюбилась в кого-то, — продолжала бормотать ученица, рассматривая пескарика. «Получится ли у меня перекусить хребет за один укус? Хочу удачу на шесть лун вперёд!»

Солнцеликий кусает первым у хвостика и достаёт оттуда косточку.
— Я хочу погадать на любовь, — последний "бульк" был таким тихим, что Жаболапка сначала подумала, что ей показалось. Но Солнцеликий выглядел таким смущённым, что ученица от удивление открыла рот. Её наставник в кого-то влюблён?! «Сначала Прыголапка, теперь вот Солнцеликий. А дальше кто? Может быть Квакуша? Лягушка? Или... я?»
- На будущее! — тем временем, выбирает сестра.
— А я... Ой, подождите, дайте подумать, — Жаболапка нервничает. Как можно выбрать что-то одно? — П-погодите, я хребет рыбки перекусить хочу, — и пододвигает пескарика к себе поближе. Ам! — и хрусть. Жаболапка ликует и поднимает счастливый взгляд на Щуку с Лазоревкой. — Похоже, меня ожидает удача ближайшие шесть лун! — хихикает дымчатая и вытаскивает длинную красивую косточку. — Тогда я хочу узнать, какой воительницей я стану, когда вырасту! Или это слишком длинно? Тогда... на мой будущий успех! — наконец, выбирает Жаболапка и пододвигает рыбку к Лягушке. Интересно, что выберет брат?

-> река

И все же рыбалка отличная выдалась. Играющий все еще волнуется за Жемчужину, угодившую в воду, поэтому то и дело косится на нее, но девочка шагает бодро. Да и темп к лагерю они взяли уверенный, так что замерзнуть у них вряд ли получится. И все же он пару раз напоминает ученице заглянуть к целителям, но, ощущая в себе желание напомнить в третий раз, заставляет себя заткнуться.

Второй патруль уже тоже вернулся, Играющий приветсвенно кивает Солнцеликому и лягушачьей семье. На поляне вообще довольно шумно, и желтоглазый от этого шума довольно щурится.
Мажет взглядом по Щуке, задерживает его на пару секунд на ее лице, отворачивается. Он слишком устал, чтобы снова пытаться с ней поговорить. Уже укладывая рыбу в общую кучу, речной слышит ее голос и, прикрыв глаза, выдыхает. Как же он слаб.
Уйти теперь не представляется возможным, и Играющий, нацепив на морду расслабленную улыбку, возвращается ко всем, садясь с Солнцеликим плечо к плечу. Подмигивает другу и смотрит на прихваченную рыбку.
Как там Щука сказала? Нужно перекусить хребет.. чтобы что?  Воитель усмехается широко и клыкасто. Он взял маленькую рыбку, будет совершенным позором лишить себя удачи, не справившись с ее спинкой.
Рыбье мясо холодит рот, кость трескается звонко и легко - Играющий самодовольно вскидывает брови и смотрит на Щуку:
- Видимо, удача не собирается изменять мне.

Больше не собирается - ему хочется в это верить.
Речной придирчиво выбирает косточку, выуживая из тельца самое крепкое ребро. Осторожно отделяет его, любуясь его опасной остротой. Любой кот племени знает, что случится, если будешь есть неосторожно и уколешь десну такой костью. Еще хуже, если она подденет зуб и застрянет. Пожалуй опаснее только двойные мелкие рогатины, которые могут вонзиться в горло. Слава Реке, Играющий ни разу так не попадал.
- Я буду гадать на дружбу, - невинно смаргивает, протягивая сверкающую серебром иглу, - хочу знать, существует ли она до сих пор. Гадание поможет это узнать? - спокойно слоняет голову набок, придав лицу любопытсвующее выражение.

Если Щука взорвется прямо сейчас, ему даже не будет стыдно. Более того, Играющему жизненно необходима хоть какая-то отдача. В противном случае.. он как будто бы в шаге от того, чтобы сдаться. Он и так вынужден всем вокруг что-то доказывать, сколько можно? Может и они тоже начнут?

Играющий усилием воли успокаивает волну, готовую подняться в его душе. В конце концов, он не должен портить это маленькое развлечение для остальных. Так что да, пусть пожалуй Щука и дальше его игнорирует - пока вокруг сидят соплеменники ей так легко прятаться за их спины. Он смиренно послушает ее слова, не обращенные к нему лично, посмотрит в ее глаза, взгляд которых не ложится прямо на его лицо, когда он смотрит на нее.
Потом наедине он призовет ее к ответу - один единственный раз. И у нее будет лишь один шанс дать ему хоть какой-то ответ.